пятница, 30 октября 2015 г.

ИНГУШСКИЙ ХАРАКТЕР АХМЕТА МАЛЬСАГОВА



Село Базоркино всегда занимало особое место в истории Ингушетии, и наверное, совсем не случайно многим из тех, кто вышел отсюда в большую жизнь, было суждено оставить заметный след в судьбе ингушского народа. Так было в прошлом, так продолжается и по сей день. И среди наших современников одним из тех, кто остался верен этой славной традиции, я бы назвал Ахмета Мальсагова. В середине 90-х годов прошлого столетия, когда происходило трудное становление новой Ингушетии, он оказался на самом острие судьбоносных событий и с честью выдержал это испытание.




В ТУ ПОРУ у нас было немало радетелей за народное счастье. Чьи-то имена мы уже успели порядком подзабыть, другие сегодня сами вовсю открещиваются от собственного народа. Время, как говорится, все расставило на свои места и, подытожив поступки и дела каждого, вынесло свой вердикт - для кого-то нелицеприятный и совсем иной для тех, кто неизменно следовал своей совести.
Пожалуй, Ахмет Иссаевич Мальсагов больше всего запомнился всем на посту председателя правительства Республики Ингушетия. Блестящий экономист и яркий политик, придя во власть, он стал еще и образцом глубокой человеческой порядочности. Политика, вопреки утверждению Бисмарка, вовсе не грязное дело, если делать ее с чистым сердцем. И Мальсагов легко доказал это в те годы своим каждодневным напряженным трудом. Молодой и энергичный председатель правительства, он не был оратором, коими тогда изобиловал политический Олимп Ингушетии, уступал в красноречии различным пустословам, но всегда оставался непревзойденным там, где требовались конкретные решения и действия, направленные на улучшение жизни рядовых граждан республики.
Не берусь утверждать, что он был совершенно непогрешим в принятии серьезных экономических решений. Идя непроторенной дорогой, любой человек рискует в чем-то ошибаться. Но есть объективный факт, от которого никуда не уйти - общие показатели тех лет, когда правительство возглавлял Мальсагов, свидетельствуют о стабильности и росте экономики республики.
Важно отметить, что пребывая на высоких республиканских постах, Ахмет Иссаевич не только каждый раз демонстрировал свои высокие профессиональные качества, но и быстро снискал себе репутацию искреннего и открытого человека. Эта открытость, несомненно, очень подкупала людей. И потому никто не бросил ему в спину и слова упрека, когда в июне 2002 года он по собственной воле ушел в отставку. Более того, добрая людская молва стала для Мальсагова той бесценной наградой, которой сегодня он вправе гордиться.

ПОВОДОМ для написания этого очерка послужило событие личного плана, случившееся в жизни Ахмета Мальсагова. На днях он отметил свой 55-летний юбилей. Особенности жанра уже сами по себе предполагают обращение к биографии героя. В данном же случае биографические вехи интересны еще и тем, что дают некоторое представление о том, в каких условиях и как происходило становление неординарной личности, обладающей столь цельным характером, ясным видением окружающего мира и своего места в жизни…
Семья Иссы Аддасовича и Сахират Магомедовны Мальсаговых ничем не отличалась от семей их односельчан. Ее жизнь протекала в заботах, знакомых всем простым людям. В доме подрастали десять ребятишек и потому родители не знали устали в труде. Сызмальства приучали они трудиться и своих детей. В ведении большого домашнего хозяйства у каждого были свои обязанности, так что времени на шалости и баловство не оставалось. Прививая детям чувство ответственности, добропорядочная чета Мальсаговых с затаенной надеждой заглядывала вперед, желая в будущем видеть своих сыновей и дочерей достойными людьми.
Дети радовали родителей первыми успехами. Не был здесь исключением и маленький Ахмет. Став школьником, смышленый мальчишка взялся за учебу с недюжинным упорством. Тяга к знаниям вскоре прочно определила его место среди отличников Майской средней школы. Особенно преуспел он в точных науках и позже не раз побеждал в республиканских математических олимпиадах школьников, проходивших в Северной Осетии. Не чурался Ахмет и общественных нагрузок – был председателем совета пионерской дружины школы, вступил в комсомол. Словом, все у него складывалось как нельзя лучше. Учителя души в Ахмете не чаяли и пророчили ему золотую медаль – как-никак гордость школы и вообще один из лучших школьников Пригородного района.
Свою золотую медаль Ахмет не получил. Почему? Причиной стала его национальность. Чиновники от образования соседней республики заявили прямо: пусть получает медаль в Ингушетии, а директору школы, где учился Мальсагов, пригрозили увольнением, если она поднимет шум. Эту историю поведал читателям в 2002 году известный журналист Мурат Озиев, рано ушедший из жизни, но успевший стать явлением в ингушской журналистике.
«На всю жизнь запомнит Ахмет полные слез глаза Зинаиды Георгиевны, - писал Мурат Крымсултанович. – «Держись, Ахмет, - только и смогла она сказать. – Ты получил лишь первый удар в своей жизни. Сколько их еще будет, трудно предсказать».
Удар этот, действительно, был мощнейшим. Несправедливость взрослых дядей, их ложь на некоторое время шокировали юношу. Интернационалист по духу, по воспитанию, он не желал понять, как его национальная принадлежность могла быть определяющей в получении золотой медали. Несправедливость значительно осложнила осуществление мечты. При поступлении в вуз надо было теперь сдавать не один, а все экзамены.
Для этого сельского парнишки было мечтой поступить в самый престижный вуз страны – Московский государственный университет имени М.В.Ломоносова. И не просто в МГУ, а на экономический факультет по специальности планирование народного хозяйства и экономическая кибернетика. На такую дерзость решился бы далеко не всякий столичный медалист. Ахмет Мальсагов решился. От знаменитого МИНХа им.Плеханова, который ему навязывали, отказался. Сдал документы в МГУ. На предэкзаменационном собеседовании удивил членов комиссии. «Как это так, - спрашивали они, - в аттестате ни одной четверки, а не медалист?» Ответ абитуриента из Майского был уклончив, но понятен. Члены комиссии только сочувственно перекинулись взглядами.
Как же не сочувствовать, когда на одно место избранного Мальсаговым отделения 29 претендентов? Если проходной балл 24, 5? Для Ахмета это означало: все четыре экзамена он должен был сдать на «отлично». Считаю, что решившись поступать именно в этот вуз, учиться именно по этой специальности, он проявил больше чем дерзость. Он проявил ингушский характер. Посчитал себя должным доказать тем, кто отнял у него золотую медаль, несоизмеримую с человечностью низость их поступка. И доказал. Набрал все 25 баллов!
Могут, конечно, сказать, что экзамен – это лотерея. Но для сельского парня из российской национальной окраины в столичном вузе подобные лотереи не выпадают. Да и потом. Ну, допустим, преодолел всеми правдами и неправдами вступительный экзамен. А учиться же надо. И вновь Ахмет Мальсагов с первого же курса показывает настойчивость в постижении знаний. Все десять семестров повышенную стипендию получал. Не знаю, как в других вузах, но в Московском, Ленинградском университетах держаться на такой высокой отметке было под силу лишь немногим. А вот ингуш Ахмет Мальсагов из Майского держался!»

ПРОЦИТИРОВАННЫЕ мной строки из материала М.К.Озиева «Формула жизни Ахмета Мальсагова» родились во время предвыборной президентской кампании, бушевавшей в Ингушетии в 2002 году. Сначала они вышли свет в виде брошюры, а позже, уже после президентских выборов, были опубликованы в независимой ингушской газете «Ангушт». Ахмет Иссаевич был одним из претендентов на высший государственный пост республики и потерпел поражение. Но это, действительно, было поражение из разряда тех, славе которых позавидовали бы победители.
К каким только ухищрениям не прибегали многие соперники Мальсагова по президентской гонке. На избирателей обрушились черные политтехнологии заезжих проплаченных пиарщиков, в ход пошел даже элементарный подкуп – людям раздавали деньги и пресловутые мешки с мукой и сахаром. А Ахмет Мальсагов, исполнявший с декабря 2001 года, после досрочного ухода в отставку Руслана Аушева, обязанности президента Ингушетии и имевший в собственном распоряжении неограниченный административный ресурс, вновь продемонстрировал свой ингушский характер и глубокую порядочность. Навязываемых правил игры он не принял, предпочтя сохранить честное имя. И ничуть не колебался в своем выборе.
Не мог этот человек поступить иначе. Не мог он не следовать родительскому наказу оставаться человеком в любых обстоятельствах, как не велик был бы порой соблазн пойти на сделку с собственной совестью. Это о нем, тогда еще студенте четвертого курса экономического факультета Московского госуниверситета, писала газета «Грозненский рабочий» 19 апреля 1983 года: «Вдумайтесь сами, у простых рабочих Иссы и Сахират, которым в свои молодые годы не довелось познать глубины знаний, четверо детей имеют высшее образование, двое учатся в вузах, остальные – в школе.
Дети не подводят родителей. Трудятся достойно, учатся хорошо. И живут в каждом из них трудолюбие отца и матери, их душевная щедрость, высокое чувство гражданского долга. Например, старшая дочь, Фатима Мальсагова – заслуженный учитель РСФСР, член ЦК профсоюза работников просвещения, Тамара трудится в Калуге, Борис учится в одном из костромских вузов, Магомед работает зоотехником в станице Орджоникидзевской.
А вот – Ахмет Мальсагов. Пытливый, любознательный, стремящийся до всего дойти сам, узнать намного больше того, что дают учебники. Он с отличием закончил среднюю школу. Не однажды выступал победителем на республиканских олимпиадах школьников по математике, физике, химии.
И нынче, студент четвертого курса экономического факультета МГУ, он такой же непоседливый, жадный к знаниям, стремящийся добровольно взять на себя ношу общественных дел. В прошлом году возглавил стройотряд своего факультета «Интер-4», в который входили студенты старших курсов и даже аспиранты. Работали в Целиноградской области, строили для тружеников села жилые дома, хозяйственные объекты…»

БЛЕСТЯЩЕ окончив МГУ, в 1984 году Ахмет Мальсагов вернулся на родину. Вернулся, несмотря на то, что ему, молодому, подающему надежды экономисту-кибернетику, предлагалось на выбор два варианта - продолжить учебу в аспирантуре родной «альма-матер» или работать по специальности в столице. Ахмет отверг все варианты, зная при этом, что дома с трудоустройством все может оказаться не так просто. Тем не менее, ему все-таки удалось, хоть и с некоторым трудом, найти применение своим знаниям в Госплане Северной Осетии. И вновь от него потребовалось доказывать окружающим собственную состоятельность. И вновь он с этой задачей справился. За каких-то два года рядовой экономист, с должности которого он начинал, Мальсагов вырос до заместителя начальника отдела сводного и перспективного планирования. Одновременно с этим он преподавал политэкономию студентам СОГУ. И вовсе не карьерными соображениями руководствовался Мальсагов в своей целеустремленности, потому как, почувствовав однажды, что чиновничья работа уже не дает ему новых знаний, он без всякого сожаления покинул госплановский кабинет.
Приняв решение заняться практической работой, Ахмет Мальсагов в 1986 году становится главным экономистом знаменитого по тем временам в Пригородном районе совхоза «Россия». На этой ответственной должности он успешно проработал до так называемого осетино-ингушского конфликта.
В 1993 году Мальсагов возглавил правление одного из коммерческих банков Москвы. Но вскоре его неоценимые знания и навыки практической деятельности потребовались только что образованной Республике Ингушетия. В 1994 году он стал советником по экономическим вопросам всенародно избранного президента Руслана Аушева. Спустя год был назначен первым заместителем министра финансов республики, а совсем скоро, уже в ранге заместителя председателя правительства, оказался министром финансов. На этом его стремительный карьерный взлет не прекратился. С 1999 года Ахмет Мальсагов – министр экономики и первый заместитель председателя правительства, и затем, почти сразу, – председатель правительства Республики Ингушетия. К слову сказать, на его удостоверении, подтверждающем звание заслуженного экономиста РИ, гордо красуется номер один.
После ухода в отставку в 2002 году Ахмет Мальсагов занялся предпринимательской деятельностью. Благодаря его усилиям, рынок Ингушетии был насыщен качественной продукцией пищевой промышленности. Все это время он не переставал помогать нуждающимся, творил богоугодные дела, занимался меценатством. Возможно, немногие знают, что он делает намаз с семилетнего возраста, но никто не удивился тому, что именно Мальсагов построил в Майском мечеть.
Сегодня его знания вновь востребованы республикой. Так и живет этот человек, не изменяя своим нравственным принципам, строя взаимоотношения с людьми на уважении, стремясь приносить пользу своему народу.
Один из друзей Ахмета Мальсагова сказал мне как-то, что он не способен на предательство. Позже в его большом поэтическом посвящении другу я прочитал такие строки:
А ты счастливый человек,
Что стержень жизни сохранил
И что в насквозь продажный век
Ты честь свою не уронил…
Честь – это то, что всегда ценилось в ингушском обществе превыше всего. Из самых глубин седой старины дошли до нас легенды и предания о наших благородных предках, для которых определяющими их жизнь были именно постулаты чести и достоинства. В народной памяти до сей поры живы их светлые образы. Хочется верить, что и наше время подарит будущим поколениям своих героев…

Ахмет ГАЗДИЕВ

На снимке: А.И. Мальсагов на встрече с журналистами «Сердало»

Фото автора

воскресенье, 25 октября 2015 г.

ЗАПИСКИ ГЕНЕРАЛА ПОБЕДЫ



ИСТОРИЯ МОЕГО ГОРОДА / АВТОРСКИЙ ПРОЕКТ Ахмета ГАЗДИЕВА

Генерал армии Иван Владимирович Тюленев – это имя тщетно пытались предать забвению. Сначала он нажил себе недоброжелателя в лице могущественного Берии, заняв принципиальную позицию в собственном видении ситуации на Кавказском театре военных действий, затем его роль в одном из ключевых сражений Великой Отечественной войны старательно принижалась в угоду брежневской «Малой земле». Но для жителей Малгобека, заслуженно носящего сегодня почетное звание города воинской славы России, Иван Владимирович всегда был генералом Победы...

ОБ ЭТОМ легендарном человеке мне много рассказывал основатель Малгобекского музея боевой и трудовой славы Башир Асламбекович Чербижев, создавший в свое время целую экспозицию, посвященную И.В. Тюленеву.
Как отмечает историк Алексей Безугольный, битва за Кавказ — весьма необычное сражение в истории Великой Отечественной войны: «В одном из послевоенных интервью И.В. Тюленев так определил особенности кавказского театра военных действий: большая (около 1 тыс. км) протяженность фронта; сильно пересеченная горами и ущельями местность; наличие трех оперативных направлений – грозненско-бакинского, туапсинского и участка Главного Кавказского хребта; наличие морей по флангам; резкие смены климатических поясов в зависимости от высоты; изолированность фронта от центра страны.
В конце июля 1942 г. кавказская группировка врага (группа армий «Б») насчитывала 167 тыс. солдат и офицеров, 1130 танков, 4540 орудий и минометов, до 1 тыс. самолетов. Между тем, Закавказский фронт, которым тогда командовал Тюленев, в 1941-1942 гг. уже отправил из Закавказья в Действующую армию десятки готовых частей и соединений и сотни маршевых подразделений и к лету 1942 г. располагал лишь незначительным количеством готовых соединений (20 стрелковых дивизий и бригад, 3 кавалерийских дивизии, 3 танковых бригады), прикрывавших по периметру все Закавказье. Бронетанковые силы насчитывали 202 танка, в большинстве своем – архаичные модели типа Т-26, Т-60. Фронт располагал 164 исправными самолетами, а также около 250 самолетами разных типов в запасных авиаполках и авиашколах. Артиллерия насчитывала 922 орудия и 746 минометов (калибром свыше 50 мм).
Тем не менее, огромным напряжением сил, И.В. Тюленеву и его штабу уже ко второй половине августа 1942 г. удалось создать устойчивый фронт обороны в предгорьях Кавказа и на Грозненско-Бакинском направлении».

В ТО СУРОВОЕ время непреодолимым препятствием на пути врага, рвавшегося к несметным богатствам Кавказа, стал нефтяной Малгобек. И совсем не случайно в ряду блестящих оборонительных операций, проведенных Закавказским фронтом в ходе битвы за Кавказ, Малгобекская оборонительная операция занимает особое место. После ее победоносного завершения в январе 1943 года советские войска перешли в контрнаступление и уже к середине февраля очистили от немецко-фашистских захватчиков большую часть территории Северного Кавказа.
Иван Владимирович Тюленев был назначен на пост командующего Закавказским военным округом в мае 1942 года в связи с угрозой прорыва врага на Кавказ. Нужно сказать, что в составе этого фронта с фашистами сражались лучшие сыны седой Кавказской земли, представители сорока национальностей, в том числе и ингуши. 12 дивизий были вообще сформированы по национальному признаку. В их рядах покрыли себя неувядаемой славой сыновья Азербайджана, Армении и Грузии. В других соединениях и частях кавказцы составляли около половины личного состава. Кавказские львы самоотверженно вступили в смертельную схватку с сильным врагом и вместе со своими славянскими братьями демонстрировали чудеса храбрости и бесстрашия.
В 1963 году в Грозном вышло первое издание сборника «Крепость на Тереке», повествующего о героях обороны Малгобека. И.В. Тюленев сразу откликнулся на это событие. «Битва за Кавказ является одним из крупнейших сражений Великой Отечественной войны, — писал прославленный генерал. – Главное направление удара гитлеровского командования на юге было Грозненско-Бакинское. Здесь враг концентрировал свои лучшие силы, намереваясь овладеть грозненской нефтью. Он лелеял надежду проникнуть отсюда в Закавказье, захватить Баку и создать благоприятные условия для вторжения на Ближний и Средний Восток. Кстати сказать, эту бредовую мечту высказывал командующий 17-й немецкой армией генерал-полковник Рауфф, когда его войска вошли в Ростов-на-Дону. Он пригласил к себе японского военного атташе и хвастался перед ним: «Ворота Кавказа открыты. Близится час, когда германские войска и войска вашего императора встретятся в Индии».
Для того, чтобы выиграть войну и завоевать мировое господство, гитлеровцам было необходимо горючее, а его у них катастрофически не хватало. Именно поэтому враг сконцентрировал на Кавказе свои отборные силы. Его главная цель здесь заключалась в захвате нефтеносных районов и овладении стратегическим сырьем. Чтобы сломить сопротивление защитников Кавказа, фашисты в звериной ярости на протяжении более пяти месяцев бросали в наступление всю свою бронированную мощь. Но бойцы Закавказского фронта вгрызались в родную землю, защищая каждую ее пядь.

В МАЕ 1964 года генерал И.В.Тюленев отмечал, сколь огромным было значение битвы за Кавказ, героической обороны на реке Терек в направлении Малгобека, на перевалах Главного Кавказского хребта и на подступах к Туапсе. На этих рубежах войска Закавказского фронта получили приказ Родины – остановить наступление немецко-фашистских полчищ, отстоять нефтяные богатства Кавказа, обескровить и в конечном счете разгромить зарвавшегося врага.
Для выполнения этой почетной и в то же время очень трудной задачи, требовалось в огне боев создать глубоко эшелонированную, крепкую оборону. Нужно было в предельно сжатые сроки построить десятки тысяч огневых точек, ходов, сообщений и траншей, перебросить по железной дороге тысячи людей, орудий, машин, огромное количество боеприпасов. Кавказский театр военных действий к началу боев не был в достаточной степени оборудован оборонительными сооружениями, и тогда на всем тысячекилометровом фронте закипела тяжелая работа, потребовавшая нечеловеческого напряжения. Вместе со всеми на строительство оборонительной линии вышли и малгобекчане. Под вражеской бомбежкой горожане и жители близлежащих ингушских сел возводили мощные укрепления, которые должны были остановить фашистов на пути в Алханчуртскую долину. Их героическими усилиями Малгобек, стоящий на Терском рубеже, превратился в неприступную крепость.
«Захватив Ростов, штурмуя волжскую твердыню, гитлеровцы отрезали Кавказ от центральной части страны, — вспоминал генерал И.В.Тюленев. – Каспийское море от Махачкалы до Астрахани оказалось под ударами вражеской авиации, которая господствовала в воздухе.
Гитлеровское командование для наступления на Кавказ еще на рубеже нижнего течения Дона сосредоточило 13 пехотных, 5 танковых, 4 моторизованных, 3 кавалерийские дивизии, африканский корпус и более тысячи самолетов. Эти силы превосходили по численности наши войска, особенно по количеству танков и самолетов.
Но благодаря героическим действиям нашей авиации и передовых частей, противнику на подступах к Тереку был нанесен ряд ощутимых контрударов, что замедлило темп фашистского наступления. Это дало возможность войскам Закавказского фронта более прочно укрепить свою оборону и надежно прикрыть Грозный, Баку, Владикавказ.
Однако положение в сентябре было более напряженным, нежели в августе. Битва за город на Волге в те дни величайшего накала. На Кавказе в этот период начались самые ожесточенные бои по всему фронту, особенно кровопролитные на Терском рубеже, под Туапсе и на перевалах Главного Кавказского хребта.
В передовой статье 20 сентября 1942 года «Правда» писала: «… В предгорьях Кавказа идут невиданные по своим масштабам и ожесточенные бои. Над Советской Родиной нависла серьезнейшая опасность. Враг захватил важные районы нашей страны. Он хочет лишить нас хлеба, нефти. Он поставил перед собой задачу – отрезать от нашей страны Советский Юг…»
«…Здесь, — сообщала газета «Красная Звезда» в своей передовой статье от 26 сентября 1942 года, — завязался важнейший узел событий второго года Отечественной войны. От исхода боев на Юге зависит судьба Отечества, свобода и жизнь миллионов советских людей.
На защитниках Советского Юга лежит сейчас важнейшая ответственность за исход летней кампании 1942 года, за судьбу Советского государства. Их ответственность можно сравнить только с ответственностью защитников Москвы 1941 года…»
К концу августа противник вышел к Тереку и Баксану на участке Ищерская – Баксанское ущелье и захватил города Моздок и Прохладный. Гитлеровские полчища пытались с ходу прорвать оборону на Тереке. Однако напрасны были их надежды…
Весь сентябрь шли ожесточенные бои, в результате которых враг понес огромные потери и бесславно закончил свое наступление. Войска Северной группы Закавказского фронта, вступившие в решительный бой, преградили путь фашистским танковым войскам.

СОБЫТИЯ решающих сражений развивались следующим образом. Фашистское командование решило нанести удары танковыми корпусами 1-й танковой армии по направлению Моздок, Малгобек, Эльхотово и Прохладный, разгромить основные силы нашей 9-й армии и, развивая наступление на Грозный и Махачкалу, быстро выйти в район Баку.
Сосредоточив превосходящие силы на Малгобекском направлении, отмечал генерал И.В.Тюленев, противник в ночь на 2 сентября начал бои с целью форсирования Терека и захвата плацдармов на южном берегу. Несмотря на более чем четырехкратное превосходство в танках и шести-семикратное – в артиллерии, противник за двое суток не смог захватить существенного плацдарма.
Войска нашей 9-й армии удерживали свои позиции. Только к исходу 4 сентября противнику удалось вклиниться в нашу оборону на 8-10 километров в сторону Предмостного и Вознесенской.
Впереди наступающих вражеских войск двигалась 23-я танковая дивизия. На каждом ее танке красовался герб Берлина – лев на желтом фоне. Рядом с ней была дивизия СС «Викинг», считавшаяся одной из самых лучших среди фашистских дивизий. Она появлялась на важнейших участках советско-германского фронта, участвовала в наиболее крупных наступательных операциях. В ее состав входили три моторизованных полка – «Норланд», «Вестланд» и «Германия», несколько дивизионов полевой, зенитной и противотанковой артиллерии, около 150-ти танков.
Излюбленный прием фашистов – прорыв нашего фронта мощным танковым ударом, затем расчленение и стремительное преследование с обходом флангов отходящих частей – не оправдал себя в борьбе с войсками Закавказского фронта, создавшими глубокую активную оборону.
4 сентября штаб Северной группы войск доносил, что в результате четырехдневных боев противнику удалось захватить небольшой плацдарм в районе селения Кизляр, что под Моздоком. Враги в течение 36-часового боя продвинулись на юг на… 1 километр.
Обескураженный генерал, командовавший танковой дивизией, взывал к своим берлинцам: «Я не верю, чтобы танки, носящие герб германской империи, не могли взять какую-то русскую деревню Вознесенская, до которой осталось всего семь километров».
Малгобекская оборонительная операция лишила немецко-фашистских захватчиков присущего им апломба. Обороняющиеся части Северной группы войск проявляли большую выдержку. Они допускали фашистов на дистанцию действительного огня, а затем его открывали одновременно артиллеристы, бронебойщики и пулеметчики. Рассекая воздух огненными стрелами, разили врага гвардейцы-минометчики из своих знаменитых «Катюш», а с неба в это время обрушивали на него смертоносный груз наши бомбардировщики. С наблюдательного пункта, свидетельствует генерал И.В.Тюленев, был виден только высокий, плотный столб дыма и пыли да желтые языки пламени: горели берлинские танки со свастикой.
После двух дней относительного затишья началось новое наступление. На небольшом пространстве противник собрал до 500 танков и плотно насытил боевые порядки артиллерией и тяжелыми минометами, надежно прикрыв их вновь прибывшими бомбардировщиками и истребителями.
«ПРОШЛИ сутки, вторые, пятые…, — вспоминал Иван Владимирович. – Фашистские войска, захлебываясь в крови, продолжали атаки. На полях и холмах под Моздоком и Малгобеком громоздились груды обгоревшего бесформенного металла – бывшие танки. Все фашисты отыскали слабое звено в нашей обороне и вбили клин в стыке двух соединений. 151-я стрелковая дивизия, оборонявшая южный и восточный берег Терека и междуречье к юго-востоку от Прохладного, оказалась почти в полном окружении. Но, выстояв и дождавшись, покуда клин «притупился», наша дивизия стала извлекать пользу из своего, так сказать, островного положения. Решительным ударом ее подразделения во взаимодействии с 275-й стрелковой дивизией вышибли врага из селения Верхний Курп и подошли к южным окраинам селения Хамидия.
Одновременно наши войска 10-го гвардейского стрелкового корпуса контратаковали противника в направлении Мекенская, Моздок и вышли к Ищерской. А конники сводного кавалерийского корпуса внезапно, как снег на голову, обрушились на врага и заняли высоты 113 и 117 на северном берегу Терека. Все это спутало карты оккупантов. Понеся тяжелые потери, они вынуждены были перейти к обороне в районе Ищерской и на участке Терек – Нижний Курп.
Однако, перегруппировав свои силы, 19 сентября противник перешел в наступление против 151-й и 275-й стрелковых дивизий в направлениях Хамидия, Куян, Нижний Курп и Плановское с целью ликвидации этих дивизий и выхода в район Эльхотово.
Снова завязались упорные бои. Они длились десять дней. К исходу 28 сентября фашистским войскам удалось ценою огромных потерь лишь несколько расширить и удержать за собой плацдарм на правом берегу Терека – в районе населенных пунктов Октябрьское, Илларионовка, Урожайное.
Бои, длившиеся с небольшим перерывом весь сентябрь, ничего существенного немцам не принесли. В Алханчуртскую долину под Малгобеком они пробиться не смогли. Не удалось им прорваться и через ворота, ведущие с другой стороны на владикавказское и грозненское шоссе. За несколько захваченных селений и незначительный тактический успех противник заплатил чрезвычайно дорогой ценой – 18700 убитых и 384 сожженных и выведенных из строя танка.
В октябре фашисты отыскали обходные пути к нефтяным источникам. Необходимо «взять или, по крайней мере, отрезать», — объявил своим генералам Гитлер. В районе Моздока, под Малгобеком, близ Эльхотовских ворот – на всех направлениях враги (чаще других дивизия СС «Викинг») атаковывали наши позиции. В один из дней схватка, разыгравшаяся в прибрежной долине, длилась десять с половиной часов. К ночи гитлеровцы недосчитались 53 танков и 1200 солдат и офицеров.
«В нашей роте осталось не более 25 человек и ни одного офицера», – давал показания взятый в плен солдат 9-й роты 50-го ганноверского полка. То же подтвердил и другой военнопленный, один из офицеров 70-го полка: «Штатный состав роты – 200 человек. Сейчас имеет 48, из них годных к боевым действиям – 33 человека. После октябрьских боев на Тереке такое положение почти во всех ротах».

К КОНЦУ октября советские войска разгромили на Терском рубеже 13-ю танковую дивизию фашистов, полк «Бранденбург», 45-й велобатальон, 7-й саперный батальон, 525-й дивизион противотанковой обороны, батальон первой горнострелковой дивизии и 366-й отдельный батальон. Серьезные потери понесли 23-я немецкая танковая дивизия, 2-я румынская горнострелковая дивизия и другие части противника. Среди военных трофеев советских войск оказались 140 танков, 7 бронемашин, 70 орудий разных калибров, в том числе несколько дальнобойных, 95 минометов, из них четыре шестиствольных, 84 пулемета. Враг лишился 2350 автомашин, 183 мотоциклов, свыше миллиона патронов, двух складов с боеприпасами, склада с продовольствием и др. На поле боя фашисты оставили 5000 убитых солдат и офицеров, а количество раненых в несколько раз превышало эту цифру.
«Командование Закавказского фронта придавало первостепенное значение обороне на реке Терек, — отмечает И.В.Тюленев. – Поэтому мне часто приходилось бывать на передовой линии обороны. Наблюдая с командиром 9-й армии товарищем Коротеевым ход ожесточенных боев под Малгобеком, мы изо дня в день убеждались в бесстрашии и героизме воинов – защитников Грозного и неприступности наших рубежей.
Как-то были мы свидетелями ожесточенного боя, который вели стрелковые части полковника Рубанюка, танкисты подполковника Филиппова и артиллеристы генерала Неделина. В памяти всплывают такие картины.
Озлобленный враг наступал по Терской долине на Малгобек. До сотни вражеских танков и около полка пехоты ринулись в атаку. Артиллерийская подготовка и бомбовые удары сопровождали наступление. Нам казалось, не только воины, занимавшие оборону, но и земля не выдержит ураганного шквала огня и пылающих танков. Но наши воины каждый раз, как только противник прекращал стрельбу, поднимались из окопов, из засады выскакивали наши танки и переходили в контратаку. На поле боя оставались горевшие вражеские танки и трупы убитых.
Отбив атаку, советские воины снова отходили в свои окопы и как бы врастали в землю, преграждая путь наступлению немецко-фашистских полчищ.
Нельзя забыть и боя бригады морской пехоты, сражавшейся также в районе Малгобека. Наши моряки порой ходили в атаку в одних флотских тельняшках. Так было и в этот раз. Фрицы, увидев перед собой бесстрашных воинов в полосатых рубашках, в страхе отступали. Эта бригада прибыла на Кавказ из-под Москвы. В сражениях под Москвой и Тулой она завоевала себе звание гвардейской. На Тереке гвардейцы показывали пример для молодых частей, только что сформированных. Гордые кавказцы старались ни в чем не отставать от них, перенимали умение и традиции, втайне надеялись совершить нечто еще более героическое. И надо сказать, что это им удавалось...
В героической обороне на Тереке в предгорьях Кавказа каждый народ Страны Советов выдвинул своих героев, доблестью которых гордится вся наша Родина.
Среди них Герои Советского Союза: русские – Леонид Кондратов, Яков Шапошников, Степан Суворов, Петр Башев, украинцы – братья Иван и Дмитрий Глинка, грузин Николоз Гогичайшвили, азербайджанец Гаруф Мамедов, армянин Самсон Мкртумян и сотни других воинов.
Плечом к плечу с русскими воинами сражались против захватчиков на Тереке доблестные сыны всех народов великого многонационального Советского Союза. Их грудь украсила боевая медаль «За оборону Кавказа» с изображением величавого Эльбруса».

МАЛГОБЕКСКАЯ оборонительная операция, в результате которой советские войска остановили и обратили в бегство бесчисленную фашистскую свору, стала прологом Великой Победы. Автором этого пролога вместе с тысячами солдат и офицеров Закавказского фронта стал их легендарный командующий – генерал армии Иван Тюленев. Однако после завершения битвы за Кавказ в результате интриг и подковерной борьбы он так и остался командовать не воюющим уже Закавказским фронтом. На генерала затаил злобу Берия. Бывая на фронтах с инспекциями, он любил подменять собой армейское руководство, но в случае с генералом Тюленевым такие его попытки потерпели полное фиаско. Мирное время принесло новую политическую конъюнктуру, связанную с «полководческой миссией» Леонида Брежнева, и боевой генерал вновь оказался в тени. Свою Золотую Звезду Героя Советского Союза, заслуженную за умелое руководство войсками, личное мужество и отвагу, проявленные в Великой Отечественной
войне, он получил только 21 февраля 1978 года. Случилось это за несколько месяцев до его кончины.
Время показало, что есть имена, которые вопреки всем коллизиям судьбы не подвластны забвению. Среди этих имен – имя генерала Тюленева. Оно никогда не погаснет в Победном салюте Мая 1945 года.


ДОСЬЕ:

Тюленев Иван Владимирович — советский военачальник, генерал армии. Родился 28 января 1892 года в селе Шатрашаны, ныне Сурского района Ульяновской области. Русский.
На военной службе с 1913 года. Участвовал в 1-й мировой войне в составе 5-го драгунского Каргопольского полка. Полный Георгиевский кавалер, за храбрость и мужество награжден шестью (!) Георгиевскими крестами (3 ст.- 1915, 3 ст. — 1915, 4 ст. — 1916, 3 ст. — 1916, 2 ст. — 1916, 1 ст. — 1917). Окончил школу прапорщиков (1917), военную академию РККА (1922), курсы усовершенствования высшего нач. состава (1929), курсы партийно-политической академии (1930).
После Февральской революции 1917 избирался членом эскадронного и полкового комитетов и в Петроградский Совет. Во время Великой Октябрьской революции состоял в Красной гвардии, принимал активное участие в формировании и боевых действиях красногвардейских отрядов в Среднем Поволжье. В Гражданскую войну в должностях командира взвода, эскадрона, помощник начальника штаба дивизии, начальника разведывательного отдела корпуса и армии, командира кавалерийской бригады участвовал в боях с белогвардейцами на Восточном, Южном и Западном фронтах, а в 1921 в подавлении кронштадтского мятежа и антоновщины. За отличия в боях награжден тремя орденами Красного Знамени и золотой шашкой.
В 1922-1931 командовал отдельной кавалерийской бригадой, дивизией, был инспектором кавалерии Северо-Кавказского военного округа, нач. кавалерийской школы. С ноября 1931 — помощник инспектора кавалерии РККА, затем начальник управления в центральном аппарате Народного комиссариата обороны. С февраля 1936 — заместитель инспектора кавалерии РККА. Умело применял свой опыт в обучении кавалерийских частей и соединений. С февраля 1938 командовал войсками Закавказского военного округа, в должности командующего 12-й армии находился на Западной Украине (1939). С августа 1940 командовал войсками Московского военного округа. Генерал армии с 1940 года.
Во время Великой Отечественной войны И.В. Тюленев — командующий Южным фронтом, 28-й армией, находившейся в резерве Ставки Верховного Главнокомандующего, командующий войсками Закавказского военного округа (1941-1942), с мая 1942 и до конца войны — командующий Закавказским фронтом, войска которого во 2-й половине 1942 остановили противника на реке Терек и в предгорьях Кавказа, а в январе 1943 освободили от врага предгорья Кавказа и часть Кубани.
После войны командовал войсками Харьковского военного округа. С июля 1946 года — в центральном аппарате Министерства обороны.
Звание Героя Советского Союза с вручением ордена Ленина и медали «Золотая Звезда» Ивану Владимировичу Тюленеву присвоено 21 февраля 1978 года за умелое руководство войсками, личное мужество и отвагу, проявленные в Великой Отечественной войне большой вклад в подготовку и повышение боевой готовности войск в послевоенный период и в связи с 60-летием Советской Армии и ВМФ.
С мая 1958 года — военный инспектор, советник Группы генеральных инспекторов Министерства Обороны СССР. Депутат Верховного Совета СССР 2-го созыва. Умер 15 августа 1978 года. Похоронен в Москве на Новодевичьем кладбище

воскресенье, 18 октября 2015 г.

КОГДА ВОЗВРАЩАЮТСЯ ГАЗЫРИ



Мое чрезмерное внимание к его костюму ничуть не смутило Илеза, и отвечая на мой вопрос, он обезоруживающе улыбнулся:
- Я нередко выхожу так на улицу и, бывает, ловлю на себе любопытные взгляды прохожих. Но мне нравится эта одежда. В ней я чувствую себя комфортно…
В голосе парня не было и нотки сомнения. Слушая Илеза, я тем временем поближе присматривался к линиям покроя его необычного для нашей повседневности пиджака, который даже в маленьких, незаметных на первый взгляд деталях вторил национальному стилю.

ПОМИМО торжественно-яркого, праздничного цвета ткани в стилизованном костюме Илеза Матиева, конечно же, в первую очередь обращают на себя внимание серебряные газыри. Чуть позже я узнал, что найти их можно в магазине сувениров «Горские традиции». Но думал ли тот, кто создавал эти оригинальные вещицы, что кому-то придет в голову использовать их в качестве деталей своей повседневной одежды? Что подвигло на это самого Илеза? Последний вопрос я произнес вслух.
- Сегодня наша молодежь часто говорит о том, что мы забываем свою национальную культуру, - ответил Илез. – Но дальше общих разговоров и умных рассуждений дело, к сожалению, не идет. И вот однажды я решил последовать ингушской народной мудрости: «Сначала дело, потом слово» и собственным примером показать, что вернуть в современную жизнь хотя бы маленькую частичку чего-то народного в силах каждого из нас.
Года полтора назад у Илеза родилась идея внести в свой гардероб некоторые коррективы, которые передавали бы в своих чертах стиль национального мужского костюма ингушей. Но когда парень пришел с этой идеей в швейную мастерскую, его ожидало разочарование - портные ничего не смогли предложить или подсказать Илезу. «Таких заказов у нас никогда не было», - развели руками удивленные мастера.
Наверное, такая неудача у иного молодого человека и отбила бы желание продолжать поиски возможностей реализации своей идеи. Но Илез Матиев был настроен решительно. Вооружившись дома бумагой и карандашом, он долго корпел за письменным столом, зато в свой следующий поход по назрановским портным отправился уже с готовыми эскизами предполагаемого заказа в руках.
Необычный заказ молодого парня приняли только в одном свадебном салоне. Во всех других мастерских швейных дел мастера отвечали отказом, узнавая, что ему требуется одежда для повседневного ношения, а вовсе не для какого-нибудь костюмированного мероприятия. Доброй феей для Илеза Матиева оказалась Мадина Богатырева, пошившая не один десяток великолепных свадебных нарядов. Но и эта сказка долго не могла воплотиться в реальность. Капризные невесты, осаждающие салон, отодвигали заказ терпеливого парня почти полгода.
Первые выходы в свет в новом костюме стали для Илеза настоящим испытанием и были сопряжены с целым ворохом эмоций. Причем эмоции ему пришлось пережить и не всегда приятные. Одно дело, когда люди подходят к тебе и выражают свое восхищение, благодарят, интересуются, где можно приобрести для себя такую одежду. Совсем другое – читать в глазах прохожих недоумение, непонимание, а то и плохо скрытые усмешки. Случалось и так, что Илезу приходилось втолковывать некоторым наиболее несдержанным великовозрастным оболтусам, тусующимся по улицам Назрани, что следование национальному стилю только украшает настоящего ингуша.

Ингуш. 1883 г. Кунсткамера (СПб)
- Если мы ограничимся тем, что будем лишь сокрушаться по утраченному, и ничего не предпринимать для того, чтобы возродить ингушскую культуру, мы так и не сдвинемся с мертвой точки, - говорит Илез Матиев. – Но стоит только каждому из нас сделать хотя бы один, пусть маленький, но конкретный шаг – многое вокруг изменится. Я этот шаг сделал. Сделал потому, что, занимаясь общественной работой, изучая богатства ингушского языка, увидел в этом свой долг. И своих сверстников я хочу призвать: хватит уже слов, давайте вместе возьмемся за дело!
Наверное, призыв Илеза будет услышан. Несколько его друзей и знакомых, вдохновленных столь ярким примером, тоже решили примерить на себя одежду в этно-стиле. Сам Илез, кстати, подумывает о том, чтобы и дальше расширять свой гардероб в этом направлении.
К слову сказать, ингушским девушкам, пожелающим сегодня повторить в одежде своих далеких прекрасных предшественниц, куда проще. К их услугам наработки наших известных модельеров, чьи показы случались даже на Неделе высокой моды в Москве. И как тут не отметить, что национальный ингушский женский костюм всегда обладал удивительной привлекательностью. Об этом свидетельствует и тот факт, что в 1913 году победительницей проходившего в Кракове конкурса «Мисс Европа» стала ингушка Раиса Мальсагова, жена полковника Пшемаха Дахкильгова. На европейском конкурсе красоты она выступала в национальном платье чокхе.

ИССЛЕДОВАТЕЛИ отмечают, что традиционный костюм ингушей претерпел в ХХ веке немало изменений, но в нем нашли отражение и склад жизни народа, и его эстетические принципы. Традиционный костюм изготовлялся из местных материалов. На шапки и шубы использовались овчины, на обувь - кожа скота, шерсть перерабатывалась на войлок и сукно для изготовления одежды.

Ингуши из с. Эзми, 1910 г.
Одной из основных деталей мужского костюма был бешмет - тип полукафтана, туго обтягивающего фигуру. Он застегивался до пояса на сделанные из шнурка пуговицы-узелки и петли, имел высокий стоячий воротник и длинные суживавшиеся к кисти рукава, застегивавшиеся на такие же пуговицы. Ниже талии бешмет расширялся, подчеркивая стройность фигуры. По длине бешмет  был чуть выше колен. Старики в отличие от молодежи носили более длинные бешметы. Для пожилых людей они утеплялись тонким слоем шерсти или ваты. Праздничные бешметы шили из плотной хлопчатобумажной ткани. Зажиточные люди могли позволить себе бешметы из атласа, шелка, шерстяной фабричной материи. Порой они были довольно ярких цветов. Штаны слегка сужались книзу и заправлялись в теплые суконные чулки, закрывавшие ногу от ступни до колена. Под коленями их подвязывали ремешками. Эта одежда в сочетании с легкой мягкой обувью из сафьяна или сыромятной кожи вполне отвечала условиям жизни воина и охотника. Она не стесняла движений, позволяя лазить по скалам, бесшумно ходить по горным тропам. В то же время традиционный костюм соответствовал эталону мужской красоты, который подразумевал стройность, подтянутость, широкие плечи и тонкую талию.
Праздничный мужской костюм включал в себя черкеску, которая одевалась поверх бешмета и шилась из лучших сортов сукна. Покрой черкески совпадал с бешметом, но она застегивалась только у талии и не имела воротника. Прямые и широкие рукава в парадных черкесках спускались ниже кисти. Такие черкески носили с отогнутыми рукавами. Характерной деталью черкески были нашитые по обеим сторонам груди газырницы – карманы с мелкими отделениями, в которые вкладывали газыри – деревянные трубочки с зарядами для огнестрельного оружия. К концу XIX века, с появлением пятизарядной винтовки, газырницы утратили свое значение и сохранились в качестве украшения. Черкеску носили застегнутой и подпоясанной узким поясом, на котором висел кинжал, иногда шашка или пистолет.
Характерная ингушская одежда – бурка, накидка с узкими плечами, колоколом расширяющаяся книзу. Это идеальная одежда для всадника, защищающая и его, и лошадь от дождя, снега, ветра и жары. При ночлеге в поле бурка служила также подстилкой и одеялом. Головным убором ингушей была шапка из овчины, скроенная папахой. В дорогу поверх папахи обычно надевался башлык. Для мужской одежды ингушей характерна темная цветовая гамма. Башлыки и бешметы были обычно контрастного цвета, оживляя костюм ярким пятном. Богатые люди носили белые бурки, черкески и папахи.

Ингушка. 1883 г. Кунсткамера (СПб)
История традиционной одежды ингушей свидетельствует, что женская одежда обычно подчеркивала возрастные и социальные различия. Все ингушские женщины в XIX веке носили распашное платье до пола, без воротника и с застежкой у пояса. Рукав платья был разрезан почти до плеча, спускался ниже кисти руки и закруглялся внизу. Парадные платья шили из бархата или тяжелого шелка. Под платье поверх рубашки носили короткий туго облегающий кафтанчик с узкими рукавами. Он застегивался спереди до пояса и иногда имел стоячий воротничок. На кафтанчик обычно нашивали в качестве украшений серебряные застежки - вызолоченные, с бирюзой или с цветными стеклами, с гравировкой чернью или филигранью. Форма этих застежек сохранялась без изменений столетиями. Полы и рукава украшали золотым шитьем. Еще одно важное украшение женской одежды - пояс. Его надевали поверх платья. Пояс мог быть кожаным или из ткани, но обязательно с большими серебряными пряжками и бляхами. Самыми красивыми и ценными были пояса из серебра. Их вместе с нагрудными застежками передавали по наследству из поколения в поколение.

Ингушка. 1883 г. Кунсткамера (СПб)
НАВЕРНОЕ, вовсе не случайно стилизованная национальная одежда, передающая отзвуки ингушского традиционного костюма, стала сегодня модным брендом. В качестве примера можно привести успех дизайнера и художника-модельера Заиры Гатагажевой. Созданные ею коллекции женской одежды давно покорили самую взыскательную публику. Наша землячка является победительницей Международного конкурса Высокой моды национального костюма, Международного конкурса молодых дизайнеров одежды I.G.L.A., Международного конкурса «Русский Кутюрье». Она член ассоциации русских художников Парижа и член жюри Международного конкурса Высокой моды национального костюма.
Процесс идет давно и активно. А если уж и наши парни начинают демонстрировать свой интерес к национальному стилю – кто-то выходит зимой на улицу в симпатичных шапках из овчины, а кто-то украшает свою повседневную одежду газырями и другими элементами традиционного костюма ингушей, - значит, не такие и грустные перспективы нас ждут впереди…

Ахмет ГАЗДИЕВ

В материале использованы фотографии конца XIX-начала XX веков из архива известного ингушского краеведа и исследователя Берснако Газикова

Ингуши. Фото начала XX века.

Житель Кавказа.(Газиков Цогол) 1895 г.

четверг, 8 октября 2015 г.

СВОБОДА И ЛЮБОВЬ



В ООО «Южный издательский дом» (Ростов-на-Дону) вышла в свет новая книга Бориса Харсиева «Страна отцов». С литературным творчеством этого автора, погружающего нас в философию современности, ингушский читатель знакомится не впервые. На этот раз нас ждет не менее интересная встреча с новыми художественными произведениями, которые заставляют думать и мотивируют на поиск собственных решений. Во многом это объясняется тем, что повести и рассказы, вошедшие в книгу «Страна отцов», объединены одной темой - темой любви к родной земле, к Ингушетии, живущей в наших сердцах...

ОТ ВДУМЧИВОГО читателя не укрылась главная особенность многожанрового творчества Бориса Харсиева, сочетающего, кстати, свои интереснейшие литературные изыскания с глубокими научными исследованиями. Эта особенность заключается в том, что его литературные герои в самых сложных и неординарных ситуациях остаются верными высоким нравственным критериям, заложенным в них с детства. Через их размышления и душевные метания автор делится с читателями сомнениями и проблемами поиска вечной истины смысла человеческой жизни, и каждый раз приходит к однозначному выводу о необходимости жить на родной земле и чтить духовные ценности ингушского народа, передаваемые из поколения в поколение.
– Я не преследовал цели создать искусственные образы, столь понятные по своей патетике современному читателю.- говорит Борис Харсиев. - Могу даже предположить, что вряд ли для кого-то, кроме тех, кто живет в ингушской среде, интересно со стороны взглянуть на свою социальную жизнь, особый уклад и национальные ценности, благодаря которым они еще остаются ингушами со своим феноменальным укладом, со своей неповторимой культурой. Герои и сюжеты взяты мной из самой жизни, которая окружает каждого из нас. Это простая и в то же самое время оригинальная жизнь, не всегда, кстати, жестокая. В ней есть место и тихим радостям, и большому человеческому счастью.
Б.М-Г.Харсиев всегда искренен со своим читателем. По мнению кандидата филологических наук, доцента кафедры русской и зарубежной литературы Ингушского госуниверситета Айны Хадзиевой, в книге «Страна отцов» прослеживаются философские взгляды писателя, его видение и осмысление проблем человеческой жизни, его собственные нравственно-этические принципы, а также понимание не только места религии в жизни людей, но и главных составляющих веры человека…
Читателю легко определить мировоззренческие категории, которыми руководствуется писатель при изображении внутреннего мира героев. Для него главное не материальные блага, а богатство души и чувство свободы. Простые человеческие истины героев прозы автора – это желанием дорожить мгновением, осознавая хрупкость своего существования, любить близких и свое отечество: «Ущербность души рождает непомерные требования к окружающим и ничтожные к себе. Человек теряет великое чувство благодарности ко всему тому, что дает жизнь, что вырастило его, к родному дому, из которого он вышел».
Анализируя малую прозу Бориса Харсиева на предмет выявления  художественных особенностей в описании психологических аспектов взаимодействия героев с окружающим миром, Айна Ахметовна Хадзиева попыталась охарактеризовать основные типы персонажей в его произведениях, вошедших в книгу «Страна отцов». Предпринятое ею исследование оказалось, на мой взгляд, весьма интересным. Критик обращает наше внимание на то, что композиция книги основана на нескольких уровнях сюжета, из которых выделяются сюжеты философского спора и рассуждений. Писатель ставит ряд проблем, одна из которых – человек и общество – представляется наиболее интересной и отличается полнотой развития. Этому в немалой степени способствуют психологизм и пейзажные зарисовки, к которым часто прибегает автор. Такие приемы помогают ему раскрыть характеры героев и служат для раскрытия идейно-художественного смысла произведений в целом.
В качестве примера можно привести историческую повесть «Созвездие Стрельца», которая начинается с эпиграфа «Страна отцов, как ты прекрасна. Свободный дух непобедим…» Это произведение открывает новую книгу Бориса Магомед-Гиреевича Харсиева и сразу настраивает читателя на определенный лад. В обращении «Страна отцов…», отмечает Айна Хадзиева, выражается непростое отношение к родному краю, огромная любовь к нему. Это позволяет читателю, являющемуся адресатом творчества, стать опосредованным участником разворачивающихся событий. Чтение становится увлекательным, потому что автор учитывает возможные реакции тех, кто возьмет в руки его книгу. Воссоздавая художественными образами жизнь и историю ингушей (а это главное содержание представленных в книге повестей и рассказов), Борис Харсиев символизирует человека, безмерно влюбленного в отчий край. Главным смыслом бытия, тем, ради чего стоит жить, для писателя становятся два неразрывно связанных между собой понятия – родина и свобода. Поэтому совсем не случайно он вводит в произведение новеллу о Пхармате (Прометее), который говорит: «Лучше быть прикованным к скале, чем потерять свободу».
Быть внутренне свободным, уважать прошлое своего народа, беречь опыт многих поколений наших предшественников на этой благословенной земле, хранить истоки национального духа, честно жить и трудиться во благо своего народа, любить питающую нас силами землю – к этому призывает Борис Харсиев своих современников, таков рефрен его литературного творчества.


Ахмет ГАЗДИЕВ

Асият ТУТАЕВА. ВЛЮБЛЕННАЯ В ЖИЗНЬ

В стенах 1-го Ленинградского медицинского института бережно хранят память о своих питомцах, не вернувшихся с фронтов Великой Отечественн...