среда, 23 октября 2013 г.

СВЕТ НЕ ПОГАСШЕЙ ЗВЕЗДЫ

Даже коротких упоминаний об этом человеке вы не найдете ни в одном известном сегодня широкой публике источнике, ни в тех многочисленных исторических исследованиях, опубликованных за последние годы и заметно раздвинувших горизонты наших познаний о прошлом ингушского народа.
Так уж получилось, что образ героя моего сегодняшнего очерка долгое время жил лишь в памяти его прямых потомков. Да и то вся информация о нем носила, в силу сложившихся обстоятельств, весьма условный характер и по существу не имела никакого документального подтверждения. А между тем, биография этого человека была самым тесным образом связана с героическими и легендарными событиями, оставившими неизгладимый след на страницах истории государства Российского, а в последующем и со становлением ингушской государственности в начале прошлого века – тем самым периодом, который определил небывалый взлет национального и политического самосознания ингушей, став подлинным ренессансом нации в культурном, социальном и экономическом развитии.
Среди тех, кто оказался на самом острие тех бурных созидательных процессов, стремительно преображавших облик Ингушской автономной области, был и он – Солтаби Томарзиевич Саутиев.


Когда гибнут звезды…


В далеком 1887 году в селении Инарки в семье уважаемого в округе человека Томарзы Саутиева случилось прибавление. На свет появился мальчик, которого нарекли старинным ингушским именем Солтаби…

Во все времена так было: рождение сына – рождение новых надежд. И потому приход в этот мир будущего мужчины всегда окружен особой радостью. Конечно, для потомственного крестьянина Томарзы, человека сурового, который никогда не демонстрировал напоказ своих чувств, внешне вроде бы ничего не изменилось. Принимая поздравления многочисленной родни и соседей, он оставался по-прежнему невозмутимым. Но где-то в глубине его сердца в тот миг затеплилась, наверное, мечта увидеть своего сына достойным и сильным мужчиной. И этим мечтам суждено было сбиться. Да так, как никто и не мог представить себе в то время!
Глухая российская окраина жила своей обыденной жизнью. Крестьянский вековой уклад жизни инаркинцев, казалось, ничто не могло поколебить. Короткие праздники сельчан сменялись долгими трудовыми буднями. Но было все-таки в этой обыденности что-то необыкновенное. Какая-то удивительная аура окружала Инарки с самого начала. Село, словно отмеченное Божьим перстом, подарило миру много известных имен, прославивших эту благодатную землю и фамилии его основателей, поселившихся здесь несколько веков назад.
Отцовские думы крестьянина Томарзы о будущем новорожденного сына вряд ли были устремлены к заоблачным высотам. человек практичный, он не предавался пустым мечтам. Но, передав со временем Солтаби свою силу характера и умение прочно стоять на ногах и не прогибаться перед жизненными трудностями, он выполнил главный отцовский долг. Выпустив своего сына в большую самостоятельную жизнь, он снабдил его силой духа, присущей цельным натурам. А для таких натур не существует ни недостижимых высот, ни непреодолимых испытаний…
Короткая, но яркая жизнь Солтаби Саутиева, вместившая в себя заметные вехи в истории его страны и его собственного маленького народа, напоминает собой полет сгорающей в небе звезды. Она также чарующе красива и восхитительна. Но если звезды погибают, не затронув равновесия, установленного в мироздании, то трагически оборвавшаяся жизнь Сотаби Томарзиевича стала прологом неисчислимых бедствий, обрушившихся на его семью. В этих бедствиях чудом уцелеют лишь трое его детей. На их глазах один за другим будут уходить в мир иной близкие и дорогие им люди, оставляя после себя холодную пустоту, которую невозможно чем-то заполнить. Им, этим безгрешным и чистым созданиям, некогда окруженным трепетной любовью и вниманием взрослых, предстояло познать всю горечь сиротства и до дна испить горькую чашу страданий и боли, пройти сквозь лишения и беды. Но вопреки всему они, уцелевшие дети Солтаби Саутиева, вырастут в жестоком мире, сохранив в своих неожесточившихся сердцах ту маленькую толику тепла, которую они успели впитать в себя.
Это холодный свет небесных звезд не греет. А для детей, к которым была так жестока и немилосердна судьба, светили другие звезды – близкие, теплые, родные. Вынужденные рано взрослеть и всего добиваться в жизни самостоятельно, дети Солтаби всегда помнили о своем происхождении и каждый свой шаг соизмеряли с тем, получил бы он родительское благословение или нет. Слишком рано потеряв своих родителей, они инстинктивно возвели их в эталон, к которому каждый из них стремился всю свою жизнь. И это была единственная спасительная соломинка, отчаянно ухватившись за которую они когда-то смогли выплыть из захлестнувшей их пучины и пристать к твердому надежному берегу…


Зов родной земли


Отрывая сегодня заново имя Солтаби Томарзиевича Саутиева, сразу же сталкиваешься с очевидным фактом – информация об этом человеке крайне скудна, что, кстати, делает вполне оправданным тот горячий профессиональный интерес, который испытывает к его фигуре известный ингушский краевед Берснако Газиков. Тем не менее, уже имеющийся фактологический материал красноречиво свидетельствует, что фигура С.Т. Саутиева весьма значительна и когда-нибудь наверняка займет соответствующее и положенное ей место в национальной истории ингушей. Пока же всем нам остается лишь сожалеть о том, что величины подобного масштаба, способные достойно украсить собой пантеон памяти любого народа, для нас едва не оказались навсегда утраченными. Конечно, истоки этого страшного беспамятства лежат в том времени, когда ингушский народ, оболганный и обвиненный сталинщиной во всех смертных грехах, был на долгие годы отлучен от своих исторических корней и жестоко лишен возможности даже прикасаться к своей истории…
Перипетии судьбы Солтаби Саутиева, выходца из ингушского села Инарки, не раз кардинально менявшиеся декорации жизненной драмы этого человека, без всякого преувеличения, могли бы послужить сюжетом захватывающего исторического повествования. При этом, художественность такого повествования стала бы отнюдь не плодом фантазии его автора, а простым изложением реальных событий, в которых существовал реальный, а не выдуманный герой.
На стыке двух веков прожил свою короткую жизнь Солтаби Томарзиевич, сумевший найти свое место в двух, совершенно разных эпохах. Он был одним из немногих ингушей, получивших в то время высшее образование, что впоследствии открыло ему дорогу к такому жизненному успеху, о котором, казалось бы, сельский мальчишка, сын простого крестьянина не мог и мечтать. Но ни слава, ни положение в обществе, которое он займет со временем, никак не отразятся на его добром, открытом характере. В любое время двери дома С.Т. Саутиева всегда будут открыты для тех, кому понадобится его помощь, поддержка и содействие. Эта его постоянная готовность помочь любому обратившемуся к нему человеку, станет отличительной чертой Солтаби Томарзиевича, добрая молва о которой недолго переживет и самого героя моего очерка.
Ратные пути-дороги водили С.Т. Саутиева по всему белому свету. В годы первой мировой войны он в составе русского экспедиционного корпуса находился в Африке, принимал участие в совместных боевых действиях союзников на германском фронте. Мужество и героизм молодого офицера-ингуша не раз служили примером для его сослуживцев. Эти качества настоящего воина, а также умелое командование подчиненными в 1914 году были отмечены «Золотой короной» - наградой английской королевы. Случилось это после успешного взятия союзническими войсками одного из населенных пунктов.
Солтаби Томарзиевич наверняка сделал бы блестящую военную карьеру, однако 300-летнее правление дома Романовых уже приближалось к концу и царская Россия стояла на пороге кровавых братоубийственных потрясений.
Когда в стране, интересы которой Солтаби отстаивал с оружием в руках, случился октябрьский переворот, русский экспедиционный корпус в полном составе ушел в Турцию. Большинство из тех, кто оказался здесь, так больше никогда и не увидели свою Родину. Их пристанищем так и остались на всю жизнь чужие земли и чужие страны. Спокойную и безоблачную жизнь обещал «берег турецкий» и Солтаби Саутиеву. Не остался в Турции незамеченным этот высокий подтянутый красавец. Пришлись здесь по нраву и его стать, и бесстрашная натура… По семейному преданию турецкий паша даже предлагал ему в жены свою дочь.
Но разве могло что-то отвратить верное сердце горца от его Родины? Какая сила была бы в состоянии заглушить неумолчный зов родной земли, живущий в нем? Солтаби, презрев все опасности, преодолев массу самых разных препятствий, в 20-х годах вернулся в Россию. Конечно, это была уже совсем другая страна, терявшая свою державность и вековые духовные ориентиры. Но именно ее выбрал С.Т. Саутиев. Слишком горек оказался для таких, как он хлеб тихой и спокойной чужбины. Тщетны были уговоры его друзей, пытавшихся отговорить Солтаби от возвращения. Им он дал ясно понять, что скорее предпочтет встретить смерть на Родине, чем прожить долгие безрадостные годы вдали от нее.
И надо сказать, что это был выбор сильного человека. Ведь он действительно возвращался в страну, где вот уже на протяжении нескольких лет все развивалось по какому-то неведомому и непредсказуемому сценарию…


Возвращение легенды


Вся последующая жизнь Солтаби Томарзиевича Саутиева была до конца связана с дорогой его сердцу Ингушетией. Без остатка посвятив себя высокому служению родной земле, он преуспел в области народного образования. Известно, что в годы становления ингушской государственности С.Т. Саутиев руководил ингушским педагогическим техникумом в городе Владикавказ, а затем работал в управлении системы просвещения Ингушской автономной области. Позже, после объединения Ингушетии с Чечней, профессионализм, блестящий опыт руководящего работника, глубокое знание существующих проблем и прекрасные организаторские качества Солтаби Томарзиевича в полной мере проявились и во время его работы в Народном Комиссариате образования Чечено-Ингушской автономной области.
Профессиональная деятельность С.Т. Саутиева снискала ему широкое признание и авторитет. Много лет спустя, его дочь Зара Солтабиевна услышала из уст известного ингушского писателя И.М. Базоркина весьма показательную в этом смысле историю.
В 30-х годах во Владикавказе проходил слет писателей Северного Кавказа. Солтаби Томарзиевич оказался в числе тех руководителей, кто был приглашен на него. Выступление Саутиева настолько захватило присутствующих, что сразу стало одним из самых ярких событий форума. Восхищенный им писатель Фадеев, возглавлявший московскую делегацию, заявил с трибуны съезда: «Народ, у которого есть такие сыновья, может считать себя великим».
Между тем молодые осетинские и ингушские писатели затеяли между собой спор, кто же по национальности этот удивительный человек. Так как каждый хотел видеть его своим, дело едва не дошло до ссоры. Находившаяся поблизости Агния Барто, став свидетельницей этих горячих разборок, попыталась остудить пыл горцев: «Ну, разве имеет значение его национальность? Им должен гордиться каждый – это ведь самородок Кавказа»…
И все же позже молодые писатели нашли возможность задать волнующий их вопрос самому С.Т. Саутиеву, признавшись, что его появление на съезде вызвало столь жаркие дебаты в кулуарах.
Солтаби Томарзиевич, с интересом оглядев молодежь, произнес: «Я – ингуш, а вот ссориться вам, друзья, совершенно не следует…»
Из таких вот маленьких бытовых зарисовок для Зары Солтабиевны, никогда не видевшей своего отца, и складывался его образ. До последнего времени многочисленные запросы в различные архивы страны относительно каких-то подробностей судьбы этого человека положительных результатов не принесли.
И все же несколько лет назад у детей и внуков Солтаби Томарзиевича появилось на руках первое документальное подтверждение, красноречиво свидетельствующее о незаурядности этой личности. Краевед Берснако Газиков, известный своим пытливым умом и настойчивостью, работая в архивах Москвы и Санкт-Петербурга, обнаружил учебники, созданные С.Т. Саутиевым в 30-х годах прошлого столетия и предназначенные для школ Ингушетии. Первой посчастливилось прикоснуться к памяти своего предка его внучке Патимат Саутиевой, которая сегодня работает в Централизованной библиотечной системе Малгобекского района. Уже через нее ксерокопии, привезенные Берснако Газиковым, попали к Заре Солтабиевне.
- Я преклоняюсь перед этим замечательным энтузиастом и безмерно щедрым душой человеком, - говорит сегодня З.С. Саутиева-Кодзоева. – Благодаря ему, отец живой легендой наконец-то вернулся к нам из прошлого.
Никто, кроме Берснако, не смог бы совершить это благое и великое дело. Наша признательность просто не знает границ…
Сегодня Зара Солтабиевна бережно хранит эти дорогие реликвии: изданное в 1931 году Ингушским издательством «Сердало» (г. Орджоникидзе) пособие по методике для ликвидаторов безграмотности «Будем все грамотными», написанное С. Саутиевым в соавторстве с Д. Мальсаговым, и «Книгу для чтения в начальной школе» на ингушском языке, увидевшую свет в этом же издательстве в 1933 году.
Между тем, сам Берснако Газиков намерен продолжить свои поиски, связанные с именем С.Т. Саутиева и дальше. Есть уверенность, что многие «белые пятна» в биографии Солтаби Томарзиевича со временем будут исследованы им до конца. Для нашего народа, по крупицам восстанавливающего сейчас свою недавнюю историю, это, безусловно, станет важным событием. Такие люди, как С.Т. Саутиев, составляющие, вне всякого сомнения, золотой фонд нации, заслуживают того, чтобы навсегда оставаться в народной памяти. Сопричастность к великим событиям прошлого, горячий патриотизм, несгибаемая воля и мужество делают их бессмертными…


Обреченные на смерть


В 1926 году С.Т. Саутиев, будучи уже состоявшимся в жизни человеком, женился на 17-летней Ханифе Магомедовне Бекбузаровой. Его избранница происходила из уважаемой в Ингушетии семьи. Отец Ханифы Магомед Иналович Бекбузаров, сын царского офицера, долгий период времени работал в администрации Терской области, был образованным и интеллигентным человеком. Мать – Кущи (Екатерина) Базоркина, дочь генерала Бунахо Базоркина, тоже получила блестящее образование, окончив сначала Ставропольскую гимназию, а затем и Киевский университет. Там, в Киевском университете, и произошло знакомство родителей Ханифы, положившее начало большой и светлой любви. Они сразу пришлись по нраву друг другу – мужественный горец и нежная горянка, официально носившая титул одной из красивейших девушек Северного Кавказа.
Такой же безоблачной, счастливой складывалась семейная жизнь у Солтаби и Ханифы Саутиевых. В 1927 году появился на свет их первенец Руслан. Следом появились на свет Сергей, Аза, Султан и Атарбек. Казалось, ничто не могло разрушить эту семейную идиллию, созданную теплом любящих сердец. Однако судьба уже уготовила им страшный удар – приближался 1937 год, вошедший в историю нашей страны как пик жесточайших сталинских репрессий.
Конечно, ингушская руководящая элита не могла не понимать, что над ней готовится кровавая расправа. И надо отдать должное мужеству этих людей, до последней минуты служивших интересам своего народа.
Много лет спустя Руслан Солтабиевич, тогдашний десятилетний мальчишка, в обязанности которого входило обслуживать за столом мужчин, приходивших в отцовский дом, будет вспоминать одну из последних встреч обреченных на гибель людей. Навсегда в его памяти врежутся непонятные им тогда слова Идриса Бейсултановича Зязикова: «Нам с вами, братья, осталось уже недолго…»
Вскоре последовали повальные аресты. В одну из ночей «черный воронок» въехал и во двор дома №4 по улице Коминтерна (ныне эта владикавказская улица носит имя Джанаева). На утро соседи узнали, что минувшей ночью в их доме охранка арестовала сразу троих: ингуша, осетина и поляка. Ингушом был С.Т. Саутиев…
Скорая на расправу «тройка» припомнила Солтаби Томарзиевичу и его службу в царской армии. Не мудрствуя лукаво, заплечных дел мастера приписали Саутиеву участие в белогвардейском движении, в котором тот никогда не был, и членство в бухаринско-зиновьевском блоке. По сфабрикованному от начала и до конца обвинению Солтаби Томарзиевич в начале 1938 года был расстрелян.
Его знаменитый дядя Мусса Саутиев, сам чудом избежавший смерть, тоже находился в это время в камере смертников. О судьбе этого несломленного человека, впоследствии погибшего в депортации, мой коллега Азмат-Гирей Угурчиев писал в материале «Главнокомандующий», опубликованном в «Сердало» в рублике «Славные сыны Ингушетии». В этом материале тоже нашел отражение один потрясающий эпизод, рассказанный мне Зарой Солтабиевной Саутиевой. По какому-то необъяснимому наитию Мусса Темуркоевич, не ведая, что произойдет с ним самим, в расстрельную ночь, оборвавшую жизнь Солтаби, увидел вещий сон. Ему приснился его племянник, одетый в белую рубашку. Вдруг откуда-то прогремел выстрел и на ослепительно белой ткани заалело пятно крови. Мусса в ужасе проснулся и рассказал о содержании увиденного им сна своему сокамернику мулле. Тот немедленно причитал заупокойную молитву, а потом тихо сказал: «Скорее всего, этого человека уже нет в мире живых…»
Спустя несколько дней после гибели Солтаби Томарзиевича, 27 декабря 1938 года на свет появилась его дочь Зара. Впереди эту малютку поджидало много ужасных потерь, цепь которых началась еще до ее рождения…


Родник доброты и нежности


Сталинская депортация ингушского народа забросила семью С.Т. Саутиева в далекий казахстанский город Павлодар. Здесь на нее обрушились новые несчастья. Сразу же ушла из жизни Ханифа Магомедовна. Осиротевших детей взяла под свою опеку их бабушка Кущи Базоркина-Бекбузарова.
Под конец жизни этой удивительной женщине, генеральской дочери, возвышенной и утонченной натуре, довелось пережить всю земную скорбь, пройти через невероятные лишения и испытать крайнюю нужду. Тяжкий жребий выпал на ее долю. В депортации за короткое время Кущи Бунахоевна похоронила двух дочерей и троих сыновей, один из которых, кстати, фронтовик, был коммиссован из армии с восемнадцатью (!) боевыми ранениями. Проводила она в последний путь и троих любимых внуков – Сергея, Азу и Султана Саутиевых.
Но в живых оставались еще трое детей Солтаби Томарзиевича и Ханифы Магомедовны. А потому, почерневшая от непомерного горя бабушка Кущи каким-то невероятным усилием воли заставила себя жить дальше. И хотя ее подточенного утратами здоровья и тающих на глазах сил хватило ненадолго, последние капли тепла из своего рвущегося на части сердца она успела без остатка отдать Руслану, Атарбеку и Заре.
Когда Кущи Бунахоевна умерла, эти дети сами, без какой-либо помощи взрослых – рядом в тот момент никого не оказалось! – предали земле ее тело…
Так их осталось трое из некогда большой и счастливой семьи. Теперь ответственность за младших полностью легла на неокрепшие еще плечи Руслана.
- Благодаря ему, мы и выжили, - вспоминает сегодня Зара Солтабиевна. – Больше ведь позаботиться о нас с Атарбеком было некому. Вскоре после смерти бабушки, Руслан заколотил досками двери и окна землянки, в которой мы жили, и увел нас подальше от этого гибельного жилища, где встретили свой последний час девятеро близких нам людей. Немного позже Руслан начал было учиться на 3-годичных финансовых курсах. Но почти сразу суровая действительность вынудила его навсегда проститься с мечтой об учебе. Чтобы прокормить нас, он стал работать. Трудился брат до изнеможения – за кусок хлеба ингушам в ту пору приходилось биться что есть сил.
А Руслан ведь был еще совсем юным тогда… Видно, передался ему с кровью и твердый характер отца…
Когда в конце 50-х годов Саутиевы вернутся, наконец, на Родину, судьба подарит Руслану Солтабиевичу радость отцовства в счастливом браке с красивой и скромной ингушской девушкой Софьей (Соной) Ахмедовной Матиевой. Шестеро детей будут у этой замечательной пары.
К сожалению, коротким оказался земной век, отпущенный Р.С. Саутиеву. В 1979 году, когда его младшим дочерям–двойняшкам Патимат и Эсет едва исполнится по семь лет, он уйдет из жизни, навсегда оставив о себе добрую память в сердцах всех, кто знал его. Рано овдовевшая Софья Ахмедовна самостоятельно поднимет и воспитает детей. И никогда в жизни ей не придется краснеть за них. Сегодня для постаревшей матери, чья жизненная ноша была совсем не легкой, повзрослевшие дети – и гордость, и отрада. Вот только двоих сыновей отнял у нее жестокий рок. И эта боль всегда живет в сердце С.А. Саутиевой…
Как все-таки часто перекликаются женские судьбы! На материнскую долю порой выпадают страшные испытания. Слезы обесцвечивают прекрасно-лучистые глаза наших матерей. Но до самого последнего часа в них живет теплый свет неземной доброты. И никто на целом свете больше не будет любить нас так сильно, как любили и любят нас они - наши матери…
- До самой смерти нашей бабушки, - рассказывает Зара Солтабиевна Саутиева, - я, оставшись без матери совсем еще несмышленышем, была уверена, что она нам мама.
Столько тепла, заботы и ласки мы получили от нее! Я до сей поры так и не могу понять до конца, где черпала силы эта мужественная и мудрая женщина, разом потерявшая всех своих детей. Ее чистый и светлый образ всегда будет окружен для меня ореолом святости…
Доброта, словно родник, обязательно пробивает дорогу к свету, сколько не громозди преград и завалов на ее многотрудном пути. Ее целительная сила столь велика, что даже в самое жестокое время способна преображать окружающий безумный мир, смягчать черные тона, а то и вовсе вытеснять их сочными яркими красками. Для детской души, открытой и ранимой, очень важно впитать в себя этот животворящий свет. Впитать, чтобы не ожесточиться, чтобы, со временем окрепнув, продолжить извечный бой Добра и Зла, когда на чаше весов дорога каждая частица любви, участия и понимания. Выстоять в этом бою – значит, не сломаться, а победить – все ровно, что допеть до конца не спетую твоими предшественниками песню…


Письмо из прошлого


Однажды Руслан, не помня точно адреса, по которому проживала прежде, до депортации, их семья, следуя какому-то внутреннему голосу, привел Зару в один уютный Владикавказский дворик.
Сестра видела, как светлело его лицо, когда он, много лет спустя, узнавал давно казалось бы позабытые приметы короткого беззаботного детства. Руслан стоял посреди этого двора, растерянный и счастливый одновременно, оглядываясь вокруг и улыбаясь, а Зара внимательно наблюдала за ним, и молчала, боясь вспугнуть это грустное мгновение встречи с потерянным детством.
Наконец, на молодых людей обратили внимание сидевшие на лавочке старушки и с любопытством поинтересовались, кого ищут они здесь. Когда Руслан и Зара сбивчиво объяснили им в чем дело, старожилы дома сразу вспомнили семью Саутиевых. Осетинки тетя Женя и тетя Тереза, не пряча слез, рассказали Руслану и Заре, как был арестован их отец, поведали о том, что происходило здесь 23 февраля 1944 года, в день выселения ингушского народа.
- Оказалось, - вспоминает Зара Солтабиевна, - что тетя Тереза бросила в кузов полуторки, где мы, маленькие дети, жались в испуге к нашей маме, свое теплое стеганое одеяло, которое помогло нам потом согреться. Что-то несли из своих квартир и другие соседи, которых грубо отгоняли от машины солдаты НКВД. Выяснилось, что много позже, узнав о возвращении ингушей на Родину, бывшие соседи долго пытались узнать что-то о нашей судьбе, искали нас, да так и не нашли…
Этот тихий дворик Руслан и Зара покидали в тот день счастливыми! Они шли по улице родного города Орджоникидзе, плача и радостно улыбаясь, как если бы после долгой разлуки судьба подарила им неожиданную встречу с родителями…
В 1962 году Зара Солтабиевна поступила в Грозненское педагогическое училище.
И сразу обрела надежных старших товарищей в лице его преподавателей, многие из которых прекрасно помнили ее отца и многим были обязаны ему.
- Ты, девочка, не смотри на нас такими удивленными глазами, - сказал ей директор училища И. Ибрагимов. – Для нас твой отец сделал немало доброго. И скажу тебе самое главное. Никогда не разделяя никого по национальностям, он безмерно любил свой ингушский народ и жил мечтой, чтобы у этого народа была светлой судьба и широкой дорога…
За годы учебы в Грозном Заре Солтабиевне довелось познакомиться со многими яркими представителями научной интеллигенции, и еще не раз она слышала теплые отзывы о своем отце – Солтаби Томарзиевиче Саутиеве.
Так он возвращался к ней через время и пространство, преодолеть которые способны только те из смертных, кто при жизни был щедр душой, добр к окружающим и праведен в своих помыслах и поступках.
Зара в 1961 году вышла замуж за молодого офицера Заурбека Кодзоева. Спустя несколько лет свое образование она продолжила уже в Красноярском педагогическом институте – военная служба позвала Заурбека в Норильск.
В 1972 году семья Кодзоевых вернулась во Владикавказ. Здесь, в средней школе №26, Зара Солтабиевна в течение двух десятков лет преподавала детям русский язык и литературу, следуя отцовской стезе. Педагогический талант, прекрасное знание предмета, чувство такта, добрый открытый нрав снискали ей любовь воспитанников и уважение коллег.
С этой школой связана еще одна знаковая встреча, прозвучавшая долгим реквиемом по страшной человеческой трагедии минувших лет. Как-то раз завуч школы Валентина Васильевна Македонова случайно увидела у Зары Солтабиевны старую семейную фотографию (сегодня она впервые публикуется в нашей газете) и на какое-то мгновение лишилась дара речи. Лишь спустя время, потрясенная женщина смогла объяснить, что узнала на пожелтевшем снимке свою подругу детства Азочку Саутиеву (на фотографии эта милая девушка обнимает за шею отца).
Из далекого Казахстана Аза написала подруге во Владикавказ детским, неустоявшимся почерком совсем недетское письмо.
«Милая Валечка! Это страшная жизнь.
Вокруг одни смерти. Недавно мы наткнулись на мерзлую картошку и это был праздник, потому что кушать нечего…»
Старенькая мама В.В. Македоновой – Мария Федоровна – позже рассказывала Заре Солтабиевне, как эта маленькая девочка, приходя к ним в дом после ареста отца, каждый раз успокаивала ее: «Тетя Мария, вы меня не бойтесь. Моего папу не арестовали – он непременно вернется…» Ведь ребенок не мог не замечать, что многие взрослые, раньше норовившие и по головке погладить, теперь шарахались от него, как от прокаженного. Животный страх поселил в душах людей кровавый 1937 год…

Мария Федоровна вспоминала, как Аза садилась за их семейный рояль и звонким, чистым голоском пела песню «Летчик набирает высоту», объясняя потом, что эту песню очень любит ее папа. Или с чувством декламировала строки из любимого стихотворения отца: «Сижу за решеткой в темнице сырой…»
…Аза погибла в первый год депортации. Чистого и безгрешного ангела, которому не нашлось места на земле, сошедшей с ума, приняли небеса. И то-ли слезы это были, то-ли капли первого весеннего дождя?

На разбеге времени


Что-то неладное происходит в умах и душах людей, если ни пример семьи, о которой было рассказано в этом очерке, ни сотни и тысячи других подобных примеров до сих пор не могут убедить кого-то, что ставить памятники Сталину – значит, глумиться над памятью миллионов безвинных жертв этого кровавого палача.
Предательство совести и справедливости, предательство человеческого достоинства, парад на не погребенных костях – ведут к истончению Божественной сути миропорядка.
А за этим – только новые катаклизмы, безжалостно уничтожающие природную соразмерность и гармонию.
Известно, что сон разума порождает чудовищ. Но не менее страшен кошмар беспамятства. Он выворачивает наизнанку мораль и зажигает ложное солнце, вслед за которым стройные колонны вновь пойдут на погибель…
Осенью 1992 года, спасаясь от вооруженного шабаша, семья Кодзоевых была вынуждена покинуть родной город Владикавказ и искать пристанища в соседней Ингушетии. Им, как и всем ингушам, изгнанным той осенью из Северной Осетии, на первых порах пришлось нелегко. Но эти люди не привыкли жаловаться на трудности. Благо, что они вышли живыми из той вакханалии беспредела.
В настоящее время Кодзоевы живут в Малгобеке. Зара Солтабиевна уже на заслуженном отдыхе, а вот ее супруг – Заурбек Алиханович – полковник в отставке, является помощником начальника Управления по гражданской обороне, пожарной безопасности, предупреждению и ликвидации чрезвычайных ситуаций Республики Ингушетия.
Все складывается удачно и у их детей. Старший сын Кодзоевых – Мурат – работает сегодня главным специалистом по мобилизационной работе малгобекской городской администрации. В свое время он, кстати, был секретарем одного из райкомов комсомола города Владикавказ. Измаил – младший сын Зары Солтабиевны и Заурбека Алихановича – несмотря на молодость, преуспел на юридическом поприще. Он заместитель прокурора Малгобекского района. Вышла замуж и воспитывает троих замечательных детей всеобщая любимица Зарета. За ее плечами – экономический факультет Горского сельскохозяйственного института.
Живет в Малгобеке и Атарбек Солтабиевич Саутиев. В прежние годы он трудился на различных должностях в Северной Осетии, в том числе был заместителем начальника РО «Сельхозтехника» Моздокского района. У него пятеро сыновей и четыре дочери. Все они тоже давно стали взрослыми и каждый нашел свою дорогу в жизни.
Дети и внуки Зары, Атарбека и безвременно ушедшего из жизни Руслана не забыли о своем славном предке Солтаби Томарзиевиче Саутиеве.
Не забыли и по праву гордятся им.
Сколько бы десятилетий не пронеслось над исстрадавшейся землей Ингушетии, она всегда будет помнить светлые имена своих сынов и дочерей, предано любивших ее до самого последнего вздоха. Только такая любовь могла сохранить на этой земле не потускневшие до сей поры представления о горском достоинстве и чести, которые служат надежным ориентиром для нового поколения, пришедшего на смену тем, кто когда-то, оказавшись в раcстрельных списках, на лагерных нарах и в ссылке, не успел довести до конца начатое великое дело.
На этом разбеге времени, устремленном в будущее, подвиг отцов продолжается в их сыновьях…

Ахмет ГАЗДИЕВ

четверг, 17 октября 2013 г.

МАЛЕНЬКИЙ ИСА ХОЧЕТ ЖИТЬ!



В Малгобекском районе начался сбор средств для спасения жизни ребенка

Пять лет назад в семье Гирихана и Фаризы Цороевых из Малгобекского района Ингушетии появился на свет мальчик. Но вместе с радостью в их дом совсем нежданно ворвалась страшная беда. Эта беда сделала родительское счастье Цороевых коротким как миг. Уже на следующий день врачи констатировали у новорожденного тяжелейший недуг. Маленький Иса едва успел оповестить мир о своем появлении, как мир сразу же показал ему, каким несправедливым и жестоким он может быть… 

Диагноз врачей прозвучал как приговор – онкология. Но разве кто-то из родителей смирится в такой ситуации и опустит руки, безучастно наблюдая, как страшная болезнь убивает их ребенка? Родители Исы тоже стали бороться за его жизнь, используя каждый шанс на спасение малыша.
Эта была неравная битва. Гирихан и Фариза пустили в ход все свои силы, все семейные сбережения, но… В три месяца отроду Исе удалили глазик. В настоящее время врачи с тревогой говорят, что он может потерять и второй. Болезнь прогрессирует, несмотря на все усилия родителей малыша и лечащих его врачей.
Последнюю надежду родителям пятилетнего Исы дали доктора единственной клиники в Израиле. Но на сложнейшую операцию, которую сегодня готовы провести израильские врачи, необходимо 70 тысяч долларов. Такой суммы у Цороевых, конечно, нет.
Безысходность и отчаяние заставили их обратиться за помощью к властям. Узнав о беде этой семьи, глава администрации Малгобекского муниципального района Адам Цечоев срочно собрал своих коллег – сотрудников администрации и глав администраций населенных пунктов Малгобекского муниципального района. Иса пришел на эту встречу вместе с родителями.
История мальчика потрясла всех без исключения. Люди молча вставали и подходили к родителям Исы, чтобы отдать на лечение ребенка свои деньги. Так в тот день было собрано более 100 тысяч рублей. А затем на официальном сайте Малгобекского муниципального района появился номер банковской карты – вот эти цифры: 4276860012961500  – , открытой для сбора пожертвований на имя мамы Исы Цороева, и просьба о помощи ко всем милосердным людям.
Маленький Иса хочет жить и видеть солнце. Но у него не останется ни единого шанса, если на помощь ему не придем все мы. Говорят, что чужой беды не бывает. Не бывает и чужих детей. Поэтому не хочется сейчас обращаться к чьим-то человеческим чувствам. Пусть каждый сам прислушается к своему сердцу и поступит так, как оно подсказывает ему.
Денежные средства уже начали поступать. На неделе из телефонного разговора с Фаризой Цороевой (Оздоевой) я узнал, что сейчас собрано 360 тысяч рублей. Женщина просила передать ее искреннюю материнскую благодарность всем, кто проявил участие к боли незнакомого им ребенка.
Остается надеяться, что источник доброты и милосердия в нашем обществе не иссякнет, и к жителям Малгобекского района присоединится вся Ингушетия. Ведь это только начало - собрать нужно, по меньшей мере, 2 млн. 100 тыс. рублей.
Если у вас нет денег, то, возможно, у вас найдутся добрые слова поддержки, в которых так нуждается сегодня эта семья. Не стесняйтесь сказать их. Люди никогда не должны оставаться один на один со своей бедой. Номер телефона Цороевых – 8-928-748-00-61

Ахмет ГАЗДИЕВ

На снимке: Иса Цороев со своей мамой в администрации Малгобекского муниципального района. Жизнь этого ребенка зависит от каждого из нас…

КОГДА ТАЛАНТ СЛУЖИТ НАРОДУ


(Архив)

К 65-летию Абу Увойсовича Мальсагова

    Мне сразу хочется отметить тот редкий случай, что нынешний 2002-ой год для Абу Увойсовича Мальсагова является трижды юбилейным. Во-первых, в этом году ему, широко известному не только в нашей республике, но и далеко за ее пределами литературоведу и литературному критику, ученому-фольклористу, педагогу и публицисту, исполняется 65 лет.

Во-вторых, в этом же году исполняется сорок лет его научной, литературной, педагогической и общественной деятельности. В-третьих, исполняется пять лет созданному им в 1997 году литературно-художественному и общественно-политическому журналу «Литературная Ингушетия».


Вполне естественно, что при столь очевидной взаимосвязанности и взаимообусловленности всех этих трех очень важных, но довольно разных цифр, нам всем в то же время было бы довольно трудно представить их и в отрыве друг от друга. Поэтому вполне обосновано то, что вот уже пять лет редактируемый им журнал «Литературная Ингушетия» именно в том высококачественном виде, в котором он существует теперь, мог стать таким удачным и по форме и по содержанию только лишь в результате весьма напряженного труда очень щедрой души, зрелого разума и большого опыта его главного редактора, которые, надо отметить, целенаправленно формировались им на протяжении многих десятилетий.
Конечно же, такая сверхзадача могла оказаться подъемной, пожалуй, только для особо одаренных и богоизбранных людей, к которым, вне всякого сомнения, смело можно отнести нашего сегодняшнего тройного юбиляра - Абу Увойсовича Мальсагова, даже в своем почтенном возрасте наряду с высокой работоспособностью сохранившего не только такие сверхценные качества, как высочайшую гибкость ума и подвижность мысли, но и высочайшую эрудицию, доброжелательность и тактичность.
Однако, восхождение Абу Увойсовича Мальсагова к вершинам науки и творчества не всегда было легким и приятным занятием. Вполне разумеется, что оно требовало ежедневного высочайшего напряжения, постоянного трудолюбия и целеустремленности. Поэтому его стремительный взлет на научный Олимп с самых студенческих лет можно сравнить разве что с полетом молодого орла, устремленного к высоким солнечным вершинам науки и знаний. И если, при всей относительности этого понятия, настоящая удача когда-то и по вполне понятным причинам и изменяла ему, то, наверное, в этом и была какая-то внутренняя закономерность, так как извечная загадка нашей большой родины - России в том и заключается, что настоящий человеческий талант здесь может воссиять всеми своими гранями только лишь путем приложения тем или иным человеком самых невероятнейших усилий. Не случайно сам же Абу Мальсагов когда-то и вместил эту философию в свои следующие поэтические строки:

Да, да, я согласен, не ровен мой путь,
Не только удачи сулила мне жизнь,
Подобно орлу взмывал я на кручи,
Подобно орлу я падал с вершин...

Да, да, я согласен, что были паденья,
Но были и взлеты подобно орлу,
Никак не могу я сладить с судьбою,
Никак не могу я не быть собою!

Неужто меняться моей головою
Ты мне предлагаешь на что-то другое?
Напрасны старанья, пустые заботы,
Я вновь поднимусь, чтобы снова упасть!

А вот и еще одно, так сказать, исповедальное стихотворение Абу Мальсагова, которое, на наш взгляд, очень точно соответствует не только его настроению и мировоззрению, но и его основным жизненным устремлениям и идеалам. Чтобы не быть до конца категоричным, но в то же время высказать своим читателям все то, что он думает о себе и о своей жизни, автор назвал его совсем просто - «Кажется»:

Кажется, все обдумано, взвешено
И ошибок быть не должно,
Только сердце стучит как-то бешено
И не может понять одного:

Что дорогой иду я нелегкой,
И не все мне всегда по плечу,
Год за годом бежит узкой тропкой,
А я в жизни свое все ищу!

Ты стучи, мое сердце, бешено,
Я шагаю не гладким путем,
Помоги мне в трудных решеньях,
И свети, как у Данко, огнем!

А вот и третье, казалось бы, такое же лично-исповедального характера стихотворение Абу Мальсагова, которое называется «Прости», но очень даже во многом подчеркивающее его постоянную увлеченность своей работой и доверенным ему делом:

Скажи мне хотя бы одно словечко,
остановись, тебя молю,
Ведь без тебя я, как в наводнение речка,
всегда бушую и бурлю.

Мы шли с тобой одной дорогой,
я жизнь хотел с тобой связать...
Прости, что говоря о многом,
я забывал люблю сказать.

Характерно то, что не только в своих стихотворениях, но и во многих прозаических и публицистических произведениях Абу Мальсагов затрагивает и решает весьма актуальные вопросы нравственного и морально-этического характера, всячески подчеркивая о высоком гражданском долге и необходимости добросовестного служения своей Родине и народу.
Родившись 12 сентября 1937 года в селе Гамурзиево Назрановского района Чечено-Ингушской АССР, в семье в то время заведующего железнодорожной водокачкой станции Назрань Мальсагова Увойса Бердовича и его богомольной супруги - домохозяйки Мальсаговой (Озиевой) Палан Мустбиевны, Абу Мальсагов относится к числу тех детей сталинско-бериевской депортации, для которых даже самый первый шаг в их только что начавшейся жизни был сопряжен с почти невероятными испытаниями не только на жизнедеятельность, но и на прочность духа. Сталинско-бериевская пропаганда, сделавшая этих даже самых маленьких детей настоящими изгоями общества, заставила их еше в самом раннем детстве научиться величайшей выдержке и преодолению казалось бы самых невероятных трудностей - не только холода и голода, но и оскорблений и недоверия. Так что, в атмосфере окружавшей их ненависти, им только и оставалось делать то, что идти вперед, крепко стиснув зубы, но с высоко поднятой головой, чтобы никто и ни в коем случае не увидел их отчаяния, обиды или, не дай Бог, слез. А вот быстро взрослея, они и вовсе разучились ныть или плакать, становясь образцом для подражания тем, кто пришел на эту землю уже после них, много лет спустя.
Вот так и Абу Мальсагов вместе со своей семьей в 1957 году вернулся на свою родину из тринадцатилетней ссылки в Казахстан и Киргизию, значительно закалив свое тело и характер. Вернулся с горячим стремлением доказать всем, насколько несправедлив был сталинский режим, который хотел под корень извести его родной народ, тот самый народ, которому он мечтал служить всю свою жизнь. И вот в этом же, 1957 году поступив на историко-филологический факультет Чечено-Ингушского государственного педагогического института, уже в 1962 году этот бывший «враг народа» блестяще окончил его.
Однако его литературная деятельность, как и первые шаги на научном поприше, начались еще задолго до получения институтского диплома с круглым отличием. Будучи еще студентом первого курса, он был избран заместителем секретаря общеинститутского комитета комсомола, ответственным за учебный сектор. На протяжении же почти всего периода обучения в стенах альма-матер, он возглавлял студенческое научное общество сначала историко-филологического факультета, а позже и института, был членом райкома комсомола и обкома комсомола, избирался депутатом Ленинского райсовета депутатов трудящихся.
Именно к этому времени относятся и его первые литературно-критические статьи, очерки, обзоры и рецензии, увидевшие свет на страницах республиканской прессы. Одновременно он смело заявляет о себе и в серьезной литературоведческой науке, что в национальном литературоведении тех лет, претендовавшем на собственное осмысление литературного процесса предшествующего периода, иногда даже вызывало гнев «высших» властей. Например, 1963 году, в то время, когда началось преследование властями Евгения Евтушенко, Андрея Вознесенского, Бэллы Ахмадулиной и многих других молодых русских поэтов, по ложному доносу одного из его близких «друзей» из печати в «Ученых записках» Чечено-Ингушского научно-исследовательского института была снята его статья о поэзии Саида Чахкиева, дескать, незаслуженно восхваляющая творчество этого молодого и только начинающего поэта, однако в том же сборнике была оставлена статья о жизни и творчестве основоположника ингушской советской поэзии Тембота Дордагановича Бекова.
Итак, уже обретя некоторую известность и популярность в научной и литературной среде, Абу Мальсагов решает продолжить свое образование, в результате чего в 1966 году успешно заканчивает заочную аспирантуру Дагестанского филиала Академии наук СССР, тем самым окончательно утверждая свое имя и в научной и в педагогической стезе.
Впрочем, заниматься и наукой и литературой он ни на день не прекращал еще со студенческой скамьи, почти до одиннадцати часов ночи засиживаясь в читальных залах различных библиотек, музеев и книгохранилищ. Поэтому стоит отметить, что сразу же после окончания с круглым отличием Чечено-Ингушского государственного пединститута Абу Мальсагов был направлен на работу в отдел литературы Чечено-Ингушского научно-исследовательского института истории, языка и литературы, где он весьма успешно проработал до 1978 года.
А вот в 1978 году, уже состоявшимся ученым, литератором и журналистом, он был назначен сначала главным редактором, а затем и первым заместителем председателя Гостелерадио ЧИ АССР, где проработал до 1993 года, т.е. в течение пятнадцати лет.
Осознавая, что без глубокого изучения прошлого никак невозможно предвидеть будущее ни нашего народа, ни нашей литературы, еще с 1957 года научный интерес Абу Мальсагова был прежде всего обращен не только к сбору, но и к изучению нашего такого богатейшего национального наследия, как фольклор, находившегося тогда на грани забвения и гибели. Благодаря же усилиям молодого научного сотрудника в широкий научный оборот в те годы были включены не только записи многих оригинальных текстов ингушского фольклора самых различных жанров, но и в литературоведческую науку вновь вернулись и утвердились теперь уже навсегда имена Тембота Дордагановича Бекова, Абдул-Гамида Сипсоевича Гойгова, Чаха Эльмурзиевича Ахриева, Асламбека и Ибрагима Бунухоевичей Базоркиных, Капитона Чахкиева, Ивана Давидовича и Василия Иосифовича Цискаровых, а также многих других ингушских ученых, просветителей, поэтов, прозаиков, драматургов и публицистов.
Таким образом, из довольно часто появлявшихся в печати литературно-критических и литературоведческих статей, очерков, обзоров и рецензий А.У. Мальсагова наше ингушское литературоведение получило блестящую возможность опираться не только на чисто свои, прошедшие многовековые испытания национальные традиции, но и на мировую классику, что в свою очередь вернуло фундаментальность нашей литературоведческой науке. Надо отметить, что буквально для всех ингушских литераторов того времени это стало неоспоримым достижением, открывшим перед ними широкие горизонты для все новых и новых художественных поисков и творческого новаторства.
Казалось бы, любой, даже самый амбициозный ученый, еще в те далекие 60-е и 70-е годы приведя в движение столь значительный научный пласт, мог бы спокойно почивать на лаврах. Однако Абу Мальсагову всегда претил покой, ему всегда были чужды лень и самоуспокоенность, его неиссякаемая энергия постоянно искала выхода, а творческая натура неудержимо рвалась к новым и новым высотам. Поэтому вот уже более сорока лет он занимается изданием не только научной, но и учебной литературы, являясь автором целого ряда школьных и вузовских учебников, разработчиком учебных программ и пособий, составителем многих хрестоматий и пособий по ингушской литературе.
Надо отметить, что самые первые записи фольклорных произведений различных жанров А.У. Мальсаговым были сделаны от своей матери - Мальсаговой (Озиевой) Палан Мустбиевны, бабушки по отцу - Гоши Мальсаговой (Оздоевой), а также тети по отцу - РабаIат Бердовны Албогачиевой (Мальсаговой), которые знали несметное количество ингушских сказок, песен, легенд, пословиц, поговорок, детских считалок и т.д. Позже же его информаторами по ингушскому фольклору были многие горцы из Джейрахского района.
Одновременно с публикациями этих фольклорных текстов Абу Мальсагов публикует также и свои исследования, связанные с изучением ингушского фольклора и литературы, а также дореволюционного, так называемого русскоязычного периода развития ингушской литературы. Так в разные годы в Чечено-Ингушском книжном издательстве на русском и ингушском языках выходят в свет его книги «Ингушский фольклор», «Путь к зрелости», «Писатели советской Чечено-Ингушетии», «В боевом строю», «В ногу с эпохой», «Ингушская литература», «Вайнахский юмор», «Юмористические рассказы», «За новую жизнь» и многие другие. Только в нынешнем году в Назрани и в Москве вышли в свет две его книги - «Рассказы о Цагене» и «Ингушский фольклор».
Следует отметить и то, что все труды Абу Увойсовича Мальсагова - научные и научно-публицистические статьи, очерки, рецензии, книги и учебники, в отличие от работ многих других ученых-гуманитариев тех лет, выполнявших своеобразный политический заказ того времени, и сегодня не потеряли своей важности, злободневности и актуальности. Именно эта особенность его творчества позволяет ему и по сегодняшний день оставаться в числе самых востребованных ученых, литераторов и публицистов с самым высоким творческим потенциалом.
Характерно еще и то, что Абу Мальсагову никогда не были свойственны никакая ограниченность и отчужденность, равнодушие и безразличие. Ему всегда и до всего было дело, особенно в том, что касалось древней и новой истории, жизни, судьбы и культуры его народа. Глубокое познание истины - вот чем он руководствовался все эти годы. Более того, он везде и всегда делился своими знаниями со всеми окружающими, в том числе и со своими студентами. Не случайно и по сей день он преподает на четвертом и пятом курсах филологического факультета такой сложный предмет как «Теория литературы», являясь доцентом кафедры русской и зарубежной литературы Ингушского государственного университета.
Более того, Абу Мальсагов относится к той нашей немногочисленной когорте людей, которая очень много сделала для того, чтобы не только наша ингушская литература, но и наша национальная культура заняли одно из прочных мест в анналах мировой цивилизации. Большое число его научных и научно-публицистических статей, а также собственных литературных произведений уже переводились и сейчас переводятся на многие языки народов мира. Они и сегодня достойно служат делу популяризации духовного наследия ингушей в самых даже отдаленных точках земного шара.
Не поэтому ли участие Абу Увойсовича Мальсагова в различных региональных и всемирных научных симпозиумах и конференциях всякий раз вызывает большой интерес в самых широких научных кругах? Благодаря многим его статьям и работам год от года растет число тех, кто обращается к сокровищнице нашей самобытной национальной культуры не только с познавательными, но и с научными целями. Конечно же, наша ингушская наука и культура от этого всякий раз только выигрывают, так как сотрудничество многих ученых разных стран в дальнейшем изучении нашей культуры, литературы и фольклора только расширяет, обогащает и уточняет сложившиеся в научном мире взгляды.
Итак, к своему 65-летнему юбилею Абу Увойсович Мальсагов подошел с очень солидным научным, литературным и педагогическим багажом. Вот уже более сорока лет он продолжает сочетать научную, литературную и педагогическую деятельность в высшей школе с активной общественной работой. Именно за этот вклад в 1998 году ему было присвоено почетное звание Заслуженного учителя Республики Ингушетия, а еще раньше, еще в августе 1989 года, его заслуги в развитии ингушской литературы и культуры были отмечены высоким званием Заслуженного работника культуры ЧИАССР.
Конечно же, подобное общественное признание многолетней деятельности Абу Увойсовича Мальсагова на ниве образования и культуры, а также его неутомимые исследования в области национального фольклора и литературы ставят его в один ряд с самыми известными просветителями ингушского народа. А поэтому мы с полной уверенностью и основанием можем утверждать, что свой долг перед нашим народом и республикой этот человек уже выполнил. Все эти годы он печатан разделы по ингушской литературе и фольклору в самых различных энциклопедических словарях и справочниках, активно сотрудничал с центрапьны-ми академическими изданиями, был соавтором целого ряда фундаментальных трудов, изданных в том числе и в Москве. В качестве примера можно назвать хотя бы уже по много раз переиздававшиеся такие важные труды, как «Мифы народов мира», «Мифологический словарь». «А.М. Горький и литература народов СССР», шеститомную «Историю многонациональной советской литературы» и т.д.
Известно, что 1997 год был ознаменован для дальнейшего развития ингушской литературы и культуры весьма важным событием - рождением нового литературно-художественного и общественно-политического журнала «Литературная Ингушетия». Впрочем, выход в свет первого номера этого журнала стал заметным явлением не только в нашей республике, но и на всем культурном пространстве постсоветской России.
Достаточно вспомнить хотя бы то, что в тот далеко не легкий для всей нашей страны период даже ведущие центральные «толстые» журналы переживали острейший кризис, стремительно теряли своих читателей, уменьшались в объеме, значительно сокращали свои тиражи, а их региональные же собратья и вовсе находились на грани гибели, выходя время от времени мизерными тиражами и на бумаге самого низкого качества. А известный в бывшей Чечено-Ингушетии ингушский литературный альманах «Утро гор» к тому времени уже давно почил смертью «храбрых», не выходил пять или шесть лет. И вдруг в этот самый момент в Республике Ингушетия увидело свет совершенно новое, высококачественное по содержанию и добротное по полиграфическому исполнению издание. Вполне естественно, что скептиков как внутри республики, так и за ее пределами, заверявших, что ничего путного из этого начинания у его главного редактора Абу Мальсагова не получится, было хоть отбавляй. И только сам создатель и главный редактор этого журнала твердо верил в себя и в свои силы. У него были не только недоброжелатели, различного рода болтуны, бездельники, демагоги и завистники, так сказать, не только эти «окололитературные деятели», но и преданные ему и нашему общему делу друзья, высокоталантливые, деятельные и работоспособные ученые и писатели.
И это надо же было быть настолько уверенным в себе, в свои силы и в божественную помощь, чтобы не имея буквально ничего, даже ни единого стола, ни единой ручки и листка бумаги, не говоря уже о таких более сложных вещах, как обыкновенная печатная машинка, арендовав у своего знакомого всего лишь одну-единственную совершенно ветхую комнатушку площадью всего лишь где-то десять метров, к тому же с настолько промокавшей насквозь в любую дождливую погоду крышей, так что иногда на каждый из двух уже позже приобретенных столов приходилось ставить по несколько дождеулавливаюших ведер, буквально без всякой оглядки приступить к выполнению порученного ему дела, чтобы регулярно, без единого срыва, один за другим выпускать один из самых больших литературных журналов не только на Северном Кавказе, но и в России.
Разумеется, это был не рядовой подвиг А.У. Мальсагова как главного редактора этого издания, но и всех тех, кто поверив ему, вышел вместе с ним в эту нелегкую и довольно рискованную дорогу. Ведь тут и предстояло без каких-либо ссылок на трудности и сложности издавать не просто какой-нибудь мизерный и серенький, а вполне добротный, высококачественный и полноформатный журнал, чтобы он к тому же самоокупал затраченные на него средства.
Конечно же, если задуматься, особенно в те не очень-то далекие, но очень даже сложные для нашей молодой республики годы, когда она еще не отметила и свое пятилетие, затея А.У. Мальсагова издать не какой-нибудь средненький, а как мы отметили выше, вполне добротный и полноформатный журнал выглядела очень даже невозможной для решения проблемой, однако при всей неуемной его энергии все это оказалось вполне возможным достигнуть, ибо и в эти нелегкие для него и всех нас годы, он, как и всегда, не останавливаясь ни перед какими трудностями, честно и мужественно выполнял свой профессиональный и гражданский долг, никому не угождая, ни перед кем не прогибаясь, не лицемеря и не заискивая, без ссылок на какие-либо трудности и сложности, изо дня в день буквально по крупицам собирая самые ценные для публикации материалы и доводя их до необходимой высочайшей кондиции, он все время шел вперед и вперед, от одного успеха к другому.
И в самом деле, все те сложные проблемы и задачи, с самых первых же дней вставшие перед журналом, действительно казались совершенно непреодолимыми. Главные же из них заключались не только в том, что не было самых необходимых материальных и финансовых средств, не было никакой ни материальной, ни технической базы, но и в том, что многие наши старшие писатели оказались неготовыми представить на суд читателей сколько-нибудь значительные произведения. Вот тогда-то главный редактор журнала и сделал основную ставку на подготовку молодых, еще неизвестных публике авторов. При своем журнале он организовал настоящую школу писательского мастерства - республиканское Творческое объединение молодых и начинающих поэтов, прозаиков и драматургов, которое и превратилось в подлинную кузницу и лабораторию настоящего художественного Слова.
Вот тут-то читатели «Литературной Ингушетии» и узнали новые имена, заявившие о себе благодаря заботам и поддержке Абу Увойсовича Мальсагова. И вот из этих более чем шестидесяти имен мне сегодня хотелось бы назвать хотя бы немногих - Зейнап Албогачиеву, Ханифу Джандигову, Эсет Газдиеву, Рукет Махлоеву, Эсет Сусуркиеву, Тамару Чаниеву, Нину Барахоеву, Инну Малыгину, Ингу Кузьгову, Макку Аушеву, Макку Дударову, Залину Бедхароеву, Али Албакова, Амира Марзаганова, Багаудина Плиева, Лизу Арсамакову, большинство из которых уже становились лауреатами и призерами республиканского конкурса. Всего же членами республиканского Творческого объединения молодых и начинающих литераторов за эти пять лет было более ста человек.
Более того, за годы существования журнала «Литературная Ингушетия» на его страницах печатались и печатаются произведения таких известных авторов, как Салман Озиев, Ахмет Боков, Магомет-Саид Плиев, Саид Чахкиев, Султан Аушев, Гирихан Гагиев, Азамат Угурчиев, Тимур Кодзоев, Мурат Картоев, Юрий Верольский, Игорь Ляпин, Светлана Анисимова, Раиса Дидигова, Бадрудин Горчханов. Башир Тимурзиев, Марем Льянова, Урусхан Дударов и многих других.
Заметную роль сыграл журнал и в возрождении нашей национальной драматургии, представив на суд читателей несколько новых пьес Ахмета Бокова, Саида Чахкиева, Магомет-Саида Плиева, Азамат-Гирея Угурчиева, Сали Арчакова, Бадрудина Горчханова, Вахи Хамхоева, Эсет Сусуркиевой и других авторов.
Итак, из номера в номер литературно-художественный и общественно-политический журнал «Литературная Ингушетия» знакомит своих читателей с лучшими поэтическими, прозаическими, драматургическими и публицистическими произведениями самых различных поколений не только нашей республики, но и наших соседей. Более того, на страницах журнала регулярно печатаются юбилейные материалы и статьи о наиболее известных деятелях нашей литературы и культуры, продолжается серьезное научное исследование важнейших аспектов истории и быта ингушского народа, его богатого духовного наследия, запечатленного в лучших фольклорных произведениях.
Надо отметить, что верность всего творческого коллектива журнала богатейшей народной этике и эстетике ингушей, а также высокому интеллектуальному потенциалу нашего народа, сделали журнал «Литературная Ингушетия» одним из флагманов нашей уникальной национальной культуры, сохранившей несмотря ни на какие трудности и сложности свою самобытность и своеобразие.
Однако и сегодня главный редактор журнала «Литературная Ингушетия», который, надо отметить, уже завоевал высокую популярность в читательской среде не только народов Северного Кавказа, но и всей России, убежден, что наша национальная культура не может развиваться в изоляции от культур других народов. И поэтому в «Литературной Ингушетии» постоянно публикуются произведения наиболее известных поэтов, прозаиков и драматургов многих других братских народов - русских, кабардинских, балкарских, черкесских, карачаевских, грузинских, осетинских, дагестанских, калмыкских и т.д. Довольно значительное внимание в журнале при этом уделяется переводам на ингушский язык не только произведений современных авторов, но и русской и мировой классики.
Думается, что в этом плане будет вполне достаточно отметить хотя бы то, что редакция журнала только в 1999 году очень широко и достойно отметила 200-летие со дня рождения гениального русского поэта А.С. Пушкина, не только опубликовав переведенный различными ингушскими поэтами весь кавказский цикл его стихов, но и статью «А.С. Пушкин и ингушская литература».
Более того, за прошедшие пять лет, благодаря журналу «Литературная Ингушетия» наш ингушский читатель получил возможность прочитать на своем родном языке не только многие произведения таких выдающихся русских писателей, как А.М. Горький, М.Ю. Лермонтов, Н.В. Гоголь, И.А. Тургенев, Т.Г. Шевченко, И.А. Крылов, но и такие никогда немеркнущие шедевры зарубежной классики, как трагедия выдающегося английского драматурга В. Шекспира «Гамлет», пьеса широко известного французского драматурга XIX века Проспера Мериме «Любовь по-африкански», стихотворные баллады Редъярда Киплинга, рассказы Лейфа Арнольда Хальма, в том числе и стихи ныне покойного грузинского поэта Габриэла Джабушанури, не говоря уже о многочисленных переводах произведений широко известных северокавказских писателей.
Итак, не мнимая, а подлинная широта почти общемировых культурных пластов, затрагиваемых журналом, по праву делает его образцом и сейчас действующего пока хотя бы только в нашей республике высочайшего интернационализма, нравственности и непреходящих идеалов.
Не в последнюю очередь эти возвышенные идеалы доброты и справедливости торжествуют и благодаря учрежденному главным редактором журнала «Литературная Ингушетия» Абу Мальсаговым ежегодному молодежному литературному конкурсу «Золотое перо» («Дошо къоалам»), в котором постоянно принимают участие не менее 60 молодых поэтов, прозаиков и драматургов. Надо отметить, что в их творчестве, никоим образом не замкнутом в устаревшие и закостенелые идеологические путы и открытом всем добрым ветрам, обретает зримые черты не только сегодняшний, но и завтрашний светлый и радостный день нашей дорогой и любимой Ингушетии.
И в самом деле, только так, объединяя и соединяя историческое прошлое и будущее нашего родного края, можно обрести гармонию в сегодняшней жизни. И это хорошо удается журналу «Литературная Ингушетия» под началом известного литературоведа и литературного критика, ученого-фольклориста, педагога и публициста Абу Увойсовича Мальсагова. Поэтому мы вправе и впредь ожидать от этого ученого и писателя, предъявляющего к себе столь высокие требования, все новых и новых творческих удач, направленных на благо всего нашего народа, нашей республики и всей России в целом.
Итак, за 40 лет творческой жизни у Абу Мальсагова случалось буквально все, что случалось и с его народом. Были и заслуженные радости и незаслуженные обиды, были довольно частые удачи и отдельные неудачи, были и огорчения и переживания, были и хула и хвала, были и притеснения и поощрения, были и взлеты и падения, были и награды, однако при любых обстоятельствах и испытаниях судьбы, особенно последних лет, когда он потерял в городе Грозном вместе с жильем и все имущество, он всегда и во всем оставался самим собой - мужественным и непоколебимым, жизнелюбивым и деятельным, честным, добрым и справедливым, верным данному слову, постоянно устремленным ко все новым и новым жизненным и творческим вершинам, изо дня в день самоотверженно и упрямо претворяющим в жизнь свою главную цель беззаветного служения избранному им делу, своему времени и своему народу, в частности, его высокой образованности и просвещению.
Особенно важно то, что он никогда и нигде не кривил душой, никогда не был приспособленцем и потребителем не им созданных благ, всегда был мягок и добр ко всем окружающим его людям, но очень твердым, упрямым и принципиальным, когда это касалось необходимости бороться против несправедливости, отстаивая правду жизни и времени.
В связи с этим многие из его друзей и современников часто вспоминают вполне типичный для него случай, когда после известного митинга ингушского народа в 1973 году в городе Грозном, когда в тогдашнем Союзе писателей Чечено-Ингушетии было подготовлено к печати так называемое «Открытое письмо» творческой интеллигенции, порочащее имя известного ингушского писателя Идриса Базоркина, с навешиванием ему ярлыка махрового антипартийца и националиста, то Абу Мальсагов не только не промолчал, но и в самой категорической форме тут же заявил, что все это настоящая ложь, что Идрис Базоркин ни в жизни, ни в своем творчестве не только никогда не был, но и не мог быть националистом хотя бы только по своим гносеологическим корням, что в его жилах течет не только ингушская кровь, но и кровь многих других народов, за что в тот же день был включен в текст этого же письма в качестве сочувствующего этому «антипартийцу и антинароднику», за что, также как и Идрис Базоркин, несколько лет находился в опале.
Если быть предельно кратким, то как можно скорее добиться того положения дел, чтобы поступь наших самых талантливых поэтов, прозаиков и драматургов не только старшего поколения, но и более молодых была слышна во всей российской литературе - вот та самая основная и похвальная цель, которую поставил перед собой с самого первого же дня начала своей сознательной жизни и особенно после создания им республиканского литературно-художественного и общественно-политического журнала «Литературная Ингушетия» Абу Мальсагов, осуществления которой он добивается с завидной настойчивостью и упорством, вопреки всем объективным и субъективным трудностям.
Главное здесь в том, что, несмотря на все житейские сложности и трудности, утрату жилья и всего имущества в городе Грозном, проживая в очень стесненных условиях, Абу Мальсагов по-прежнему занят весьма активным творческим созиданием, что сейчас он заканчивает работу над несколькими новыми книгами, в том числе и доработкой школьных и вузовских учебников и хрестоматий. В настоящее время на рабочем столе А.У. Мальсагова лежат полностью подготовленные им к печати на ингушском языке так необходимые многим нашим читателям «Очерки истории ингушской литературы».
Кроме этого, лежит также очень необходимый для студентов и учащихся школ, написанный на русском языке биобиблиографический справочник «Писатели Ингушетии». Лежит рукопись переводов на русский язык более пятисот рассказов о Цагене, а также такой шедевр ингушской словесности, как полное собрание фельетонов «Темарко», которые печатали с 1928 по 1944 год такие известные ингушские писатели, как Хаджибекар Муталиев, Хамзат Осмиев и Мухтар Мальсагов. Больше того, он занят написанием и многих других трудов, о которых сейчас нет и смысла говорить. Находя большое удовольствие в общественной работе, он частый гость учащихся школ и тружеников села.
Важно отметить еще и то, что очень многие литературоведческие и литературно-критические статьи, очерки, рецензии и книги А.У.Мальсагова, в том числе и издаваемый им журнал «Литературная Ингушетия», широко используются в качестве если не основного, то очень важного и нужного учебного пособия не только на филологическом факультете Ингушского госуниверситета, но и на уроках ингушского языка и литературы, а также во внеклассной и воспитательной работе буквально во всех школах нашей республики.
Итак, он постоянно жил и продолжает жить жизнью своего народа. Он гордится тем, что является его составной и необходимой частью. Так что еще и еще раз поздравляя Абу Увойсовича Мальсагова с тройным его юбилеем - 65-летием со дня рождения, сорокалетием активной научной, литературной, педагогической и общественной деятельности и пятилетием издаваемого им литературно-художественного и общественно-политического журнала «Литературная Ингушетия», мы хотим пожелать ему много-много счастья и доброго здоровья, чтобы его талант еще долго-долго служил обретающему себя ингушскому обществу и недавно, всего лишь десять лет назад восстановленной нашей государственности.

АХМЕТ ГАЗДИЕВ



Асият ТУТАЕВА. ВЛЮБЛЕННАЯ В ЖИЗНЬ

В стенах 1-го Ленинградского медицинского института бережно хранят память о своих питомцах, не вернувшихся с фронтов Великой Отечественн...